Интересная штуковина эта скука. В процессе скучания время тянется невероятно долго, зато потом все это вспоминается как один мучительный миг. Если же жизнь насыщена событиями, то воспоминания о пройденных минутах могут занять целые часы. Субъективное восприятие времени вообще не поддается четкому определению: бывало, чувствовал, что жду чего-то почти вечность, — а на самом деле проходили минуты. И наоборот: вот, казалось, буквально пару минут назад решил в интернете полазить — а уже и ночь прошла. Чую, что обманывают меня, а вот как — не понимаю!
Две недели страданий от безделья на борту фрегата проходили мучительно долго, хоть потом и вспомнить-то было нечего. Сделав все необходимые телодвижения (столкновения со стенами и командой, бормотание с сумасшедшим выражением лица полного идиотизма и прочие прелести маскировки) я в очередной раз довел всех до точки кипения в точно выверенное время, и меня доставили на одинокий островок в безбрежном океане.
Оказавшись в зале старта, я не сразу понял, куда это меня занесло. Во-первых, по всему помещению носились военные. Во-вторых, все гашек-камеры, обычно пустовавшие, мигали огоньками, сигнализируя о том, что они обеспечивают нахождение джисталкера в другом мире. В-третьих, в уголок зала испуганно забились полуголая секретарша Леночка и ее пиар-группа, на которых не обращали ни малейшего внимания (в прошлое свое появление в качестве звезды лав-стори, офисная курица вела себя так, как будто она была пупом земли как минимум).
Как только я перешагнул порог своей джи-камеры, ко мне сразу рванулись две группы — первая во главе с плотоядно улыбающейся Леночкой, вторую возглавлял стадионный инструктор по стрельбе, у которого я проходил обучение. Ни Рудольфа Ивановича, ни приятелей-предпринимателей видно не было.
— Дорогой, ну наконец-то! — взвыла секретарша, выражая этим такую нешуточную страсть, что у меня заныло под ложечкой.
— Самоучка, ты как раз-то мне и нужен, — деловито перебил ее стрелковый инструктор, после чего группа бойцов ловко оттеснила от меня пиар-команду Леночки (за что я им был безмерно благодарен).
Рослые молодцы стрелкового инструктора стеной ограждали нас от беснующейся пиар-группы, а сам стрелок встал передо мной, сцепив руки за спиной, и покачивался на каблуках, оценивающе глядя мне в глаза (ладно хоть я маску орка успел снять).
— Самоучка, у тебя же есть диплом бластерщика? — прищурившись, спросил он.
— Профессиональная вторая категория! — непроизвольно вытянувшись по-струнке, отрапортовал я.
— Неплохо-неплохо, — уважительно качнул головой инструктор, и начал прохаживаться перед шеренгой своих бойцов, несокрушимой плотиной стоящих на пути пошлой киноиндустрии. — У меня как раз во взводе прикрытия некомплект. Рекрутирую-ка я тебя на одну операцию. А то бластерщиков полно, джисталкеров тоже вагон и маленькая тележка, а вот джи-бластерщиков совсем нет.
— Вась, куда Тима мобилизуешь без моего ведома? — неожиданно раздался ироничный голос шефа.
— Руд, у меня некомплект, сам же знаешь, — тут же начал оправдываться инструктор перед внезапно появившимся откуда-то Рудольфом Ивановичем. — Сам же урезал расходы на боевую часть, где я тебе спецов такого класса достану?
— Ты шеф по боевым операциям, ты и думай, — усмехнувшись, отрезал грозный начальник. — А Тима использовать в качестве пушечного мяса — это все равно, что гвозди электронным микроскопом заколачивать.
— Тогда я отменяю последний этап операции, — взорвался стрелок. — По уставу бластерное прикрытие в акции такого уровня предусмотрено, а у меня три новобранца джи-бластерщика, пороху не нюхавших, да контуженый сержант с заскоками — вот и все отделение тяжелого оружия.
Шеф иронично вздернул бровь (не иначе как от меня научился) на что инструктор просто взорвался от негодования:
— И ничего смешного в этом нет! Без артиллерийского прикрытия возможно все, вплоть до полной катастрофы! — заорал эксперт, потом взял себя в руки и сухо добавил: — Я прошу отстранить меня от командования.
— Ну, этого, батенька мой, мы себе позволить никак не могём… — завел шеф свою шарманку, профессионально прикидываясь валенком, я тут же воспользовался спором начальства и тихонько подошел к Диме и Сане, теперь неизменной свите главы «Гном-инста» (прямо как Фагот и Бегемот при Воланде).
— Что тут происходит? — шепотом спросил я у приятелей-предпринимателей.
— Война! — шепеляво проорал Саня (это он так пытался говорить тихо).
Дима был менее словоохотлив, но значительно более информативен, и быстро загрузил в мой стрикет последнюю базу данных. Естественно, все события касались острова Лабиринт в мире Ворк, а конкретно — процесса его зачистки от инфернальных рогатых тварей.
