— Внук решил посмотреть на столицу, — в присутствии стольких лишних ушей, маркиз был крайне лаконичен, — а поскольку это первый его выезд, я решил составить ему компанию.
Отец тут же понял, что это неосновная причина, и пригласил нас обоих в дом.
— Вас устроят, подогреют воду, так что отдохните, вечером поговорим, — поклонился он главе семьи.
Маркиз Сантильяна кивнул и показал мне, что встретимся позже. Как я не был уставшим и пыльным, но бурлящая во мне энергия, скопившаяся за время в дороге, требовала выхода, так что я решил совместить приятное с полезным.
— Дядя, — обратился я к молодому мужчине, в сутане епископа, — вы не могли бы мне помочь переодеться?
Педро Гонсалес де Мендоса изумлённо посмотрел на меня, на мою свиту, но видя кругом слуг, охранников и ещё много кого, кто вышел посмотреть на приезд маркиза Сантильяна, он кивнул.
— Конечно мой дорогой племянник, — смиренно кивнул он и пошёл за Бернардом, который нёс меня на руках.
Когда мы зашли в выделенные мне комнаты, весьма скромно обставленные, только минимум необходимого, я тут же раздал приказы, отправляя всех заняться багажом и его транспортировкой ко мне, оставшись с дядей наедине.
— Ваше преосвященство, вы хотите стать кардиналом? — поинтересовался я у мужчины, который заинтересованно смотрел, как маленький карлик командует взрослыми.
— Ваше сиятельство, это моя заветная мечта, — с улыбкой сказал он, — но боюсь она так и останется неосуществимой, поскольку испанских кардиналов мало и за возможность им стать всегда разворачивается нешуточная борьба.
Я показал ему на большую шкатулку, которую Бернард занёс в комнату и сразу ушёл и подал ему ключ, который висел у меня на шее.
— Откройте её.
Дядя взял ключ, вставил в отверстие, и крышка большой шкатулки открылась.
— Сверху лежит книга, это мой подарок вам, — показал я на укутанный тканью предмет.
Размотав свёрток, он непонимающе посмотрел на книгу, поскольку она была написана на древнегреческом.
— Копия Ватиканского кодекса, который я попросил сделать для вас, — объяснил я ему, — я планировал перевести его ещё и на латынь и уже в этом виде подарить вам, но острая нехватка времени вынуждает меня подарить его в таком виде.
Дядя вскрикнул и его руки затряслись.
— Ватиканский кодекс? Иньиго⁈ Это было моё самое горячее желание увидеть его! — заволновался епископ.
— Дедушка мне об этом рассказал в письме, так что можете позже поблагодарить и его за этот подарок, — улыбнулся я, — но не это главное. Я хотел поговорить с вами первым и пообещать, что как только на папский престол взойдёт кто-то из моих римских знакомых-кардиналов, я брошу все дела и отправлюсь в Рим просить их о красной шапочке для вас.
— И много у тебя этих друзей? — скептически поинтересовался он, недоверчиво смотря на меня.
— На сегодняшний день мало, но это достаточное количество голосов, чтобы проголосовали на консистории за ещё одного кардинала, — спокойно ответил я, погрузив его в глубокую задумчивость.
— В обмен на что? — поинтересовался он, поднимая на меня взгляд.
— Дружбу, — улыбнулся я ему, — вы и дедушка в отличие от отца всегда хорошо относились ко мне.
— Иньиго, — скривился он, — именно поэтому я и знаю, что ты умный, расчётливый сукин сын, который ради чужой пользы и пальцем не пошевелит. Так что давай конкретнее, что ты от меня хочешь.
Я хмыкнул, дядя и правда меня хорошо узнал ещё в детстве.
— Две вещи, — кивнул я ему, — первое, пристроить племянника кардинала Торквемада, на место приора или наместника монастыря в вашей епархии или епархии ваших друзей, в обмен на две тысячи флоринов, и второе, мне нужно чтобы вы свозили и познакомили меня с инфантой Изабеллой и тем, кто за ней присматривает. Дедушка сказал, что вы хорошо знакомы с управляющим замка, в котором она живёт с семьёй.
— Гонсало Чакон, очень хороший человек и друг покойного ныне сеньора Альваро де Луна, — кивнул он, — какой твой интерес к инфанте?
— Хочу жениться на ней, — с самым серьёзным лицом ответил я, а когда он выпучил глаза и стал хватать ртом воздух, улыбнулся.
— Я шучу дядя, король Арагона попросил меня устроить её брак с принцем Фердинандом, сыном его брата Хуана, короля Наварры, так что я хочу просто посмотреть на неё.
— Иньиго! — он облегчённо вздохнул, схватившись за сердце, — не шути так со мной, а то я и правда поверил в эту твою безумную идею.
— То есть в отличие от дедушки, вам идея объединения Кастилии и Арагона нравиться? — с прищуром поинтересовался я у него.
— Нет конечно, — он отрицательно покачал головой, — этот брак мало что даёт Кастилии, а больше Арагону, король Энрике на него никогда не согласится.
— Дедушка сказал ровно также, — расстроено ответил я, понимая, что моя миссия уже не кажется мне такой простой, как я думал вначале, собственная семья даже против этого брака, не говоря уже о наших врагах и главное короле, который единственный может решать, за кого выйдет Изабелла.
— Но в Аревало вы меня свозите? — поинтересовался я.
