— Тогда раз моя охрана на месте, едем к дворцу Колонна, — распорядился я и огромная толпа народа, тут же по знаку капитанов, которых я подозвал к себе познакомиться, тронулась с места, оставляя за собой кучи свежего лошадиного навоза.
Не доезжая до дворца рода Колонна, где-то впереди передовых отрядов завязалась драка, и когда я поинтересовался что там происходит, вскоре мне сказали, что все улицы охраняют наёмники Колона и ждут нападения рода Орсини, собственно говоря, они и приняли нас за них.
Я попросил прекратить это безобразие и вскоре сияющий, и в благодушном настроении предстал перед уставшим и замученным кардиналом, с надетыми поверх сутаны кольчуге и шлеме. Видя его в таком необычном виде, я, кажется, начал догадываться куда торопились уйти Якопо и Наполеоне Орсини, которых кардинал перехватил у самого порога.
— Ваше преосвященство! — радостно всплеснул я руками, — зовите слуг, переодевайтесь и давайте поужинаем с вами, нападение Орсини на сегодня откладывается.
Кардинал изумлённо на меня посмотрел и потыкал рукой в сторону улиц, которые были битком забиты вооружёнными людьми.
— Ты решил встать на мою сторону Иньиго? — с благодарностью посмотрел он на меня, — твои солдаты нам бы определённо пригодились.
— Тут я вынужден вас расстроить, ваше преосвященство, — вздохнул я, — я всегда на стороне бога, а в вашем противостоянии с Орсини, его точно нет.
Он изумлённо посмотрел на меня.
— Но нападения сегодня точно не будет, — заверил я его, — а на счёт завтра будет зависеть от вашего мне ответа.
— Приехал мне угрожать? — прищурился он.
— Договариваться, ваше преосвященство, — возмутился я, — вы же знаете, как я к вам хорошо отношусь.
— И поэтому взял с собой такое войско? — показал он на улицу.
— Меня прошлой ночью пытались три раза убить, — отрезал я, — я принял меры, не более того.
— Что же идём, — он показал Джабари куда идти и слуги сняли с него доспехи, забрав меч, и в одной сутане он сел на диван, показав Джабари опустить меня на кресло напротив себя.
— Слушаю тебя, — сказал он, когда негр вышел.
Мне пришлось повторить всё то, что я рассказывал и Орсини, только конечно без подколок в адрес рода Колонна, которые я и они отпускали.
— Так что я пришёл к вам ваше преосвященство с предложением, на который единственный верный ответ — это да, — спокойно закончил я свой рассказ, — поскольку в ином случае сначала прольётся много крови, а потом, когда Медичи с Орсини монополизируют весь рынок квасцов, под всеми вашими замками окажутся пушки.
— Что ты предлагаешь? — Просперо Колонна сидел с серым лицом, поскольку явно и без меня прекрасно представлял, что так оно и случится, не зря же он ждал нападения, будучи в боевом облачении.
— Для начала, ваш голос за кардинала Сиены на Конклаве, и вы это пообещаете мне прямо сейчас, — спокойно и мягко говорил я, — потом, после его выборов четырёхсторонний договор по квасцам, с мирным договором между вашими родами с Орсини. Их условия я вам уже сказал, мне стоило больших трудов отговорить их от нападения сегодня, и хотя бы рассмотреть возможность мира.
— Я с трудом представляю, как тебе это удалось, — он покачал головой, — но какие мерзавцы, а? Отдать Анну за этого проклятого Джованни? И кто это предложил интересно?
— Якопо Орсини, — не моргнув глазом соврал я, — а граф Наполеоне Орсини, сказал о склепе, и что он специально будет строить его очень дорогим.
— Мерзавцы, — Просперо Колонна покачал головой, — но торжествуют сейчас они да, этого не отнять.
— Ваше преосвященство, — льстиво я улыбнулся, — это просто мирное соглашение на несколько лет, пока жив кардинал Сиены, который скоро станет папой. После его смерти, следующий наверняка заберёт у нас такой лакомый кусок, как монополию на квасцы, так что вы сможете за это время накопить силы и снова резать этих Орсини столько, сколько хотите, я вам слова плохого не скажу.
— Анну жаль, — вздохнул он, — девочка не заслужила такой судьбы.
— Я поговорю с Джованни, — пообещал ему я, — и намекну, что мир невечный и за всё придётся платить в своё время сполна.
— Да, благодарю тебя Иньиго, — Просперо Колонна тяжело вздохнул, — хорошо, у меня и правда нет выбора, со смертью Каликста III против нас восстали все крупные семейства Рима, я не могу носа высунуть теперь из дома.
— «Я промолчу, что вы сами в этом виноваты. — хмыкнул я про себя, не став разумеется озвучивать вслух свои мысли».
— Ваше слово, ваше преосвященство?
— Клянусь проголосовать за кардинала Сиены, — ответил он, — и после его победы обсудить мир с Орсини, ну и в сделке с квасцами разумеется тоже будем участвовать. Кто в здравом уме от подобного откажется.
— Тогда благодарю вас ваше преосвященство, я тогда обратно к Орсини, — покивал я, — чтобы они и завтра на вас не напали.
— Благодарю тебя Иньиго, — вздохнул кардинал, вставая, чтобы меня проводить.
Нас увидела и подошла Анна, которая удивлённо посмотрела на мой дорогущий флорентийский костюм и чёрного слугу.
— Всё бегаете на побегушках, синьор Карлик? — холодно поинтересовалась она у меня.
