Неуловимый для глаза обычного человека удар раскрытой ладонью в область сердца назывался «имирцава», что означало «милосердие». Это действительно был милосердный прием, дарящий легкую мгновенную смерть. И если бы синет был знаком с древними традициями династии Ганн-лоу, он наверняка смог по достоинству оценить ту дань уважения, которую оказала ему эта хрупкая с виду девушка. Подобным образом было принято убивать только по-настоящему достойных противников.
Но, во-первых, Сол не был знаком с историей канувших в Лету династий, а во-вторых — и это, пожалуй, являлось самым главным сейчас, — у него вообще не было сердца. Ни слева, ни справа, ни в каком бы то ни было другом месте. Тело искусственного человека было устроено таким образом, что практически не нуждалось во внутренних органах. А тот необходимый минимум, который все же присутствовал, не играл жизненно важной роли.
Уже отводя руку назад, Лайя поняла: «имирцава» не привела к ожидаемому результату — от проникающе-мощного удара грудная клетка синета прогнулось дутой, но, вместо того чтобы, обмякнув, тихо опуститься на землю, человек с неестественно белой кожей и холодно-бесстрастным лицом манекена удержался на ногах, и даже более того — провел в ответ невероятно быструю серию ударов, задействовав обе руки.
С огромным трудом ей удалось блокировать это нападение, да и то лишь потому, что противник действовал слишком прямолинейно — уповая на силу и скорость, не обременяя себя ни обманными движениями, ни многоходовыми комбинациями.
Две молчаливые фигуры — одна высокая и широкая в плечах, а другая хрупкая, на голову ниже своего противника, сосредоточенно отрабатывали странные пируэты, со стороны похожие на хаотично-суматошное мельтешение жерновов ветряной мельницы. Ни вздохом, ни криком не омрачалась тишина этого зловещего танца, и только тихое шуршание стремительно рассекаемого ударами воздуха свидетельствовало о том, что это не бой призраков, обезумевших от своей нескончаемой жизни, а вполне реальное земное сражение.
Медленно отступая под градом ударов, девушка наконец поняла, что показалось ей особенно странным в этом бледнолицем манекене. Оказалось, незнакомец как две капли воды похож на человека в баре, у которого, как ей тогда померещилось, начисто отсутствовала аура. Сейчас она была уверена на все сто — ни у оставшегося внутри здания, ни у этого существа ауры не было вовсе. А это значило, что они не являются людьми в прямом значении этого слова...
Человек, каким бы совершенным он ни был, все равно имеет свой предел. Противостояние двух достойных друг друга противников длилось не более тридцати секунд, но Лайя почувствовала, что стала уставать. Начинала сказываться невероятная концентрация всех ментальных и физических сил, требовавшаяся для отражения атак бледнолицего монстра.
Еще минута с небольшим — и ее силы окончательно иссякнут, и нетрудно догадаться, что произойдет вслед за этим, пробив раз, второй, третий защитные блоки, бесчувственно-холодный автомат, не ведающий ни страха, ни усталости, превратит ее лицо и тело в кровавое месиво.
Выйти из создавшегося кризиса обычными методами не представлялось возможным, поэтому у нее не оставалось иного выхода, как пойти на крайние меры, Продолжая все так же медленно пятиться под неослабевающим градом ударов, девушка начала концентрировать всю свою ментальную и жизненную силу в одном месте — в районе позвоночника: каркаса, на котором держится все тело. Ее движения слегка замедлились, и Сол почувствовал, что противник начал сдавать — еще немного, и это удивительное человеческое существо падет, лишний раз подтвердив не требующую доказательств истину: ни один из людей не может противостоять синету — венцу гениальной мысли и вершине научно-технического прогресса целого мира.
Прямой слева в голову пробил поставленный блок, едва не достигнув цели, при этом корпус девушки слегка повело в сторону, и она чуть было не потеряла равновесие, а следующий прямой правой вонзился уже даже не в блок, а всего лишь в судорожно подставленную руку. Сила удара была настолько велика, что нескоординированную конечность выбило из плечевого сустава... Раздался резкий щелчок, и вслед за ним последовал отчаянный крик, в самой верхней точке сорвавшийся на скрежещущий визг...
Левая рука синета, повинуясь импульсу, посланному мозгом, стремительно выбросила вперед сжатый кулак, чтобы смять хрупкий череп противника, поставив финальную точку в этом и без того затянувшемся поединке, но именно в этот момент произошло непредвиденное: все так же не переставая кричать, Лайя бросила свой корпус вперед, казалось, вознамерившись протаранить головой грудную клетку синета. Этот неожиданный маневр преследовал две главные цели — избежать прямого проникающего удара в лицо и занять позицию для нанесения контрудара.
Маленькая покалеченная рыбка, поднырнув под брюхо огромного хищника, выпустила свое смертельное жало...
