С 17.00 противник вел сильный пулеметный и минометный огонь по СВХ. и пионер. лагерю с севера и северо-востока. В 17.30 противник повел наступление на пионер. лагерь и СВХ. со всех сторон.
В 18.25 противник, подтянув свежие силы, захватил СВХ. и начал сосредоточивание пехоты в тылу полка.
При наступлении на СВХ захвачено 3 орудия, миномет и 40 пленных.
Потери: 1289 сп – данных не имеется. Налицо осталось до 150 штыков»[506].
Представьте, уважаемый читатель, насколько кровопролитным был бой в районе Ташировского поворота, если на утро 1 декабря 1941 года в полку насчитывалось 1299 командиров и красноармейцев[507], а спустя полутора суток в боевых подразделениях оставалось менее 150 человек!
В журнале боевых действий 258-й пехотной дивизии так рассказывается о бое в районе стрельбища во второй половине дня 2 декабря:
К сожалению, как свидетельствует изучение сохранившихся архивных документов 1-й гв. мсд, подобный факт действительно имел место и о нем имеется упоминание в оперативной сводке штаба дивизии:
«…в начале боя взято в плен 49 человек, но в дальнейшем, будучи отрезанными от своих частей, вынуждены были всех расстрелять…»[509]
Об этом же свидетельствует и журнал боевых действий 5-й тбр[510].
Увы, у войны уродливое лицо, и воины 1289-го сп в запале ненависти к врагу, вследствие гибели в эти дни сотен своих боевых товарищей, допустили данный проступок. Автор не оправдывает тех бойцов и командиров, которые допустили подобное преступление. Этого нельзя ни в коем случае делать: у войны тоже есть свои законы. Вместе с тем нельзя не сказать и о том, что это был один из редчайших случаев подобного явления, в то время как немецко-фашистские захватчики творили аналогичные злодеяния повсеместно и не только по отношению к нашим командирам и красноармейцам, но и к мирным жителям.
В подтверждение вышесказанного следует привести следующий факт, по случайному совпадению имевший место в ночь с 1 на 2 декабря в районе населенного пункта Хутора Никольские, рядом с которым остановились на ночевку подразделения 2-го батальона 458-го пп старшего лейтенанта Штейна.
После того как батальон противника расположился на ночлег в районе высоты с отм. 207,2, одна из его разведывательных групп выдвинулась к хутору, находившемуся северо-восточнее в 1,5 км. В это время там находилась группа из пяти связистов 2-й телефонно-кабельной роты 602-го отдельного батальона связи во главе с лейтенантом А. Г. Михно. Воины-связисты по приказу начальника связи армии занимались восстановлением телефонной связи между штабом армии и штабом 222-й стрелковой дивизии, которая пропала с началом наступления врага. Заняв оборону в домике лесника, наши воины приняли бой, однако силы были неравны, к тому же запас боеприпасов у связистов был небольшой. В ходе боя два красноармейца были убиты, а остальные ранеными захвачены в плен.
Немецко-фашистские захватчики убили пленных, а перед этим подвергли их зверским пыткам: отрезали уши и носы, а лейтенанту А. Г. Михно вырезали на спине звезду. Впоследствии герои-связисты А. Г. Михно, В. К. Кокозей и В. П. Новосельцев были представлены к награждению орденами Красного Знамени (посмертно). В наградном листе на лейтенанта А. Г. Михно отмечается:
«…Тов. Михно во время боя получил приказание дать связь в обход от дер. Александровка через дер. Бекасово, Никольские дворики и на Головеньки к штадиву 222 сд…
Дойдя до Никольских хуторов около 24 часов группа тов. Михно устранила повреждение, но тут же была захвачена немецкими автоматчиками и зверски ими замучена – у них были отрезаны уши и нос.
Все три товарища погибли героями в борьбе с фашистскими злодеями…»
Приведенный выше пример – это ничтожная часть преступлений, совершенных немецко-фашистскими захватчиками на территории Наро-Фоминского района.
