* Для краткости в документах немецких штабов иногда подобным образом отображались потери войск по категориям военнослужащих. Данную запись «5, 5, —, 69, 116, —.» следует читать так: «Офицеры: убито —5, ранено – 5, заболело – нет. Унтер-офицеры и солдаты: убито – 69, ранено – 116, заболело – нет»
В документах 20-го армейского корпуса и 183-й пехотной дивизии нет полных данных о ее потерях в эти дни. Известно только, что в ходе боя 1 декабря 1941 года дивизия потеряла 7 офицеров, 84 унтер-офицера и солдата убитыми, 250 человек ранеными и 4 – пропавшими без вести[669].
Учитывая, что укомпектованность полков 183-й пд была очень низкой: 330-го пп – 52 %; 343-го пп – 55 %; 351-го пп – 49 %, то потери в 245 человек, понесенные дивизией в первый день наступления, были весьма существенными.
Но лучше всего характеризуют накал боевых действий в эти дни и потери врага строки из боевого пути 183-й пд, рассказывающие о бое за Волковскую Дачу, которые уже приводились ранее, но автор позволит себе еще раз напомнить их:
«
Таким образом, потери неприятеля, хотя и были значительно ниже, чем в частях 33-й армии, тем не менее послужили главной причиной того, что немецкое командование отказалось от продолжения наступления на Москву с Наро-Фоминского направления. Стойкость и мужество воинов всех частей и соединений 33-й армии, и прежде всего бойцов и командиров 222-й сд и 1289-го сп, послужили первопричиной поражения врага. Вместе с тем нельзя не отметить и всей работы государственных и военных органов управления СССР в тот период времени, которые находили силы и возможности для пополнения частей и соединений Красной армии личным составом, вооружением и боевой техникой, чего противник в значительной степени был лишен. В итоге это и сыграло свою определяющую роль.
Уже после войны бывший начальника штаба 4-й армии генерал пехоты Г. Блюментрит так оценивал причины поражения немецких войск под Москвой.
Нельзя не отметить и мнение генерала Г. Блюментрита о силе оборонительной позиции, оборудованной на Нарском рубеже, высказанное им в своем исследовании «Битва под Москвой» и приведенное на страницах истории боевого пути 183-й пд:
Успешные действия частей и соединений 33-й армии в ходе боев под Наро-Фоминском 1–4 декабря 1941 года в значительной мере подняли боевой дух войск. Личный состав, принимавший участие в этих боях, на своем примере убедился в том, что врага можно бить, что танки противника можно уничтожать минными полями, артиллерийским огнем и подрывать гранатами, что вражескую пехоту можно заставить бежать восвояси, в полном смысле этого слова, нанося ей при этом немалые потери. Эта победа была вдвойне ценна еще и тем, что бойцы и командиры не пали духом после неожиданного первого удара врага. Стиснув зубы, мобилизовав все свои силы и волю, они выстояли и склонили чашу весов в свою сторону.
Командование Западным фронтом высоко оценило действие частей и соединений 33-й армии по ликвидации прорвавшейся группировки противника и в целом в ходе четырехдневных боев на Наро-Фоминском направлении. Около восьмисот бойцов и командиров армии приказами командующего Западным фронтом от 22 декабря 1941 года и 2 января 1942 года были награждены орденами и медалями. Это был единственный случай в истории 33-й армии, сражавшейся с врагом на протяжении всех четырех лет войны, когда такое количество ее воинов были награждены высокими правительственными наградами. Этот факт говорит о многом. По крайней мере, по итогам второразрядного события никто не стал бы уделять столько внимания награждению бойцов и командиров.
9 декабря 1941 года до всего личного состава частей 33-й армии был доведен приказ генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова, в котором подробно подводились итоги боевых действий по отражению наступления противника в районе Наро-Фоминска. Приказ заканчивался словами:
«…НИ ШАГУ НАЗАД» – таков приказ советского народа.
