В один из таких дней после эфира я загрузила на компе песню Янки, ту самую, о детях. Мы слушали молча. Потом я спросила Андрея, какой он видит смысл в этой песне.
– Человеку плохо от того, что он одинок в этом мире и его никто не понимает, – сказал он.
– Поздравляю, ты тоже нормальный сумасшедший! – сказала я и хлопнула ди-джея по плечу.
– Что это ещё за категория, Натали?
И тогда я поделилась с Андреем своей теорией о разделении людей.
– Да… – протянул Андрей. Интересно. Ну и кто же ещё с нами, кроме Янки, Егора, Лимонова и Жириновского?
– С нами Ольга – звукач и в общем-то всё… ну если не считать моей Кошки.
Я ждала, когда он отведёт программу на радио, чтобы продолжить наши ненужные никому беседы.
– Андрей, а ведь ты лицемеришь, говоря, что сейчас прозвучит прекрасная песня Валерии, а потом, выключив микрофон, плюёшься. Ты не любишь своих радиослушателей, хоть твой голос в эфире звучит более чем доброжелательно.
– А что мне остаётся делать? Выбора нет. Нет в нашем городе радиостанции другой направленности, где я мог бы выражать свои мысли, где бы меня с моими мыслями поняли.
– Выбор всегда есть. Просто мы приспособленцы и только и можем пиздить на всякие псевдофилосовские темы. На самом деле мы ничего не делаем. Не претворяем наши идеи в жизнь, и это – плохо.
– Нет, Натали, не согласен. Хорошо, что мы хотя бы об этом задумываемся, что мы это понимаем.
– Андрей, я сегодня прочитала интереснейшую вещь про предназначение, – и протянула ему распечатанные страницы с рассказом.
