Она пришла в себя много позже, неохотно и сразу поняла, что заболела. Лёжа на постели из шкур, она едва могла привстать, чтобы оглядеть место, где очутилась. Это явно была пещера, заполненная диковинными вещами, как дорогими, так и безделушками, хрупкими и громоздкими. Сюда вёл коридор, из которого сейчас доносился запах жарящегося мяса.
Хотелось бы встать, чтобы разведать, что там дальше, но девушка не могла, только обессиленно откинулась на подушку, ощущая себя слишком уязвимой и глупой.
Она едва вспомнила лицо незнакомца, всадника. Куда он её привёз?..
— Проснулась? — он появился с большим подносом, где стояла и чаша с вином, и тарелка с мясом и хлебом. — Путь твой был непростым.
— Где я?
— В Драконьем холме.
— Кто ты?
— Дракон, — он засмеялся. Тогда только она поняла, что глаза его нечеловеческие.
Сначала она действительно выпила вина — разогретого и пахнущего травами, потом вцепилась зубами в сочный мясной кусок, и лишь позже он спросил:
— Так зачем же ты шла ко мне в логово?
— Говорят, дракон может даровать силу, открыть предназначение или убить. Я пришла за одним из них.
— Силы тебе и так не занимать, — он усмехнулся, чуть откинувшись на шкуры. — Убивать мне тебя без надобности. Предназначение?..
Глаза его блеснули, она же продолжила есть, справедливо рассудив, что не помешает ему размышлять. Заговорил он много позже, она успела покончить и с вином, и с мясом, и с хлебом.
— Судя по всему, быть тебе ведьмой.
— Но у меня…
— Всё для этого есть, — перебил он. — Кроме одного. Ты не решилась.
Она задумчиво вздохнула.
— Не решилась, — повторил он. — Ведь так?
— Наверное, — теперь в её голосе была неуверенность и даже робость. — Но что же тогда… Я зря проделала этот путь, должна была сама понять?
— Иногда нужно встретиться с драконом, — усмехнулся он, — прежде чем рассмотреть дракона в самом себе.
Она закусила губы, но промолчала. Её уже клонило в сон — вино, тепло и подкравшаяся болезнь вместе укладывали её на подушки. Дракон поправил шкуры, укутывая её в меха, и вышел.
Это была не первая. Сколько уже приходили за смертью, потому что не могли решиться исполнить собственную мечту. И всякий раз им приходилось уснуть, чтобы во сне разобраться в себе: со своим предназначением дракон давно разобрался…
***
— Вот как, — мы синхронно отставили чашки, — ты раскрываешь людям их путь.
— Нет, даю им посмотреть на самих себя, — он засмеялся. — Будто я зеркало.
— Есть определённое сходство, — и я подал ему руку. — Но тебя ждёт дверь.
— Ах да, мне пора возвращаться.
Чудилось ли, или в голосе его правда скользнуло разочарование? Может, он не так уж хотел вернуться, но есть узы, которые не преодолеть.
— Приходи ещё, — я раскрыл двери, и вели они не на крыльцо во влажный мрак, а в сизый вечер иной реальности.
— Возможно, всё возможно, — он перешагнул порог и взмыл ввысь в своей обычной форме.
Дождь продолжал идти.
========== 129. Океан ==========
Когда я заглянул в сферу, возникшую над рабочим столом в полночный час, волны расступились, и я увидел, что здешнее море покоится на крышах давно покинутых зданий. В этом маленьком мирке не осталось никаких известных мне физических законов, и потому я ласкал взглядом деревянные подпорки, удерживающие стены от обрушения, дорогу, ведущую по дну, которое на самом деле не дно, пустые глазницы окон.
И сам не заметил, когда оказался внутри.
Воздух, пропитанный морем, пах водорослями и йодом, ветра не было вовсе, только шумели разошедшиеся шторами волны. Не зная, как долго они будут приглашать меня, я ускорил движение. Вымощенная крупным булыжником дорога гулко отзывалась на каждый шаг, впереди зиял арочный провал ворот.
Когда я подошёл ближе, то рассмотрел натёкшую лужу, в которой отражались здания и капельку — небо, перепрыгнув её, я оказался как будто бы во дворике — дома плотно обступали пятачок свободного пространства, но чтобы подняться к ним, нужно было вскарабкаться по шаткой деревянной лесенке. Она так долго находилась под водой, что стала приютом приросших раковин и какой-то морской мелочи вроде рачков.
Преодолев это шаткое препятствие, я наконец-то оглядел желтоватые, в разводах от воды, стены. Что будет со мной, если разошедшийся в стороны океан вновь сомнётся?
Я поднял голову и увидел, как морская вода трещинами струится по монолитам зданий, там, выше, словно проходила грань, где одни законы сменяли другие. И мне захотелось подняться туда, чтобы увидеть своими глазами, ощутить на себе.
Я вошёл в одно из зданий в поисках лестницы наверх. Освещения не было, только тишина и сумрак, да ещё, быть может, отдалённый, но гулкий звук равномерно падающих капель. Блуждая по холлу, я едва заметил коридор, который уводил куда-то вглубь. Выбора особенно не было, и я попробовал именно этот путь.
Вскоре передо мной оказался лифт. Коридор заканчивался тупичком с забранным решёткой окном, но над плотно сомкнутыми челюстями лифта одиноко горел желтоватый маячок. Система работала.
