- Бедный Ольгерд Оорл, - согласилась Алеста, - дочь - убийца, жена - сумасшедшая.
- А любимая женщина - стерва, - докончила Сандра с потрясенным видом, - если он
меня еще любит, конечно.
Хмуря брови, она разлила кофе по чашкам, сделала несколько глотков и вскочила.
- Что я наделала, Ал! Взяла его и выгнала. Ему так плохо, а я его выгнала! Послушала
твоего божественного Леция, пожалела его несчастную внучку, которую, оказывается,
придушить нужно! Господи, какая я дура!
- 185 -
Она исчезла в своей спальне и выбежала оттуда уже в плаще и сапогах.
- Куда ты? - встревожилась Алеста.
- К нему, - с отчаянием взглянула на нее подруга.
- Так поздно?
- Мне все равно!
- И ты ему все расскажешь?!
- Не знаю.
- Но ведь Гева просила!
- Я твоей Геве ничего не обещала. Побудь тут с ней, а мне некогда!
Алеста от неожиданности совсем растерялась. Такого номера она от своей
рассудительной подруги никак не ждала. Она было кинулась следом, но быстро поняла, что
изменить уже ничего нельзя. Сандра села в вызванное такси и скрылась в темном осеннем
небе.
Стало тихо-тихо. И привычно до боли в сердце. Алеста совершенно не хотела
возвращаться во дворец, она с наслаждением ополоснулась в крохотном душе, надела
халат и тапочки Сандры, побродила между столиков, вспоминая былую жизнь, и пошла на
кухню допивать остывший кофе.
Вот здесь, в этом углу на табуретке она сидела с розовым зайцем, и сознание уже
ускользало от нее. Только ласковые голубые глаза удерживали ее в этом мире. Это было так
давно, но как будто вчера. И тогда он был добр, а сейчас холоден как лед...
Иногда она мечтала, что вдруг случится чудо и выяснится, что она в самом деле его
дочь. Эдгар - приемный его сын, а она - родная, настоящая дочь Леция Лакона! Мечтать об
этом было сладко. Отца своего она никогда не знала, мать умерла рано, родни никакой не
было, а глаза у нее тоже были голубые!
Жрица наконец проснулась. Она была бледная и измученная и говорила очень тихо.
- Отвезти тебя домой, Алеста?
- Нет-нет. Я дождусь Сандру.
- Ты своих предупредила, чтобы не волновались?
- Что вы... кому за меня волноваться? Это ваш муж, наверно, волнуется.
- Нет. Я сказала, что вернусь под утро.
- Хотите кофе?
Гева посмотрела с нежностью.
- Спасибо, детка. Мне ничего нельзя.
- А за что она вас так ненавидит, Гева? Почему?!
- Это я и хочу узнать.
- То-то она завтра удивится!
- И не только удивится. Это я тебе обещаю.
Бледная жрица попрощалась и пошла к выходу. Алеста подошла к раковине. Две
маленькие чашки она вымыла по привычке руками. Вода текла из крана, навевая
воспоминания. Все та же желтая губочка лежала на решетке, в мыльнице красовался
кругляшек розового мыла, пахло порошком и кофейным осадком.
- А родная дочь Верховного Правителя моет посуду, - мечтательно подумала она.
И это была ее последняя мысль, потому что от резкой боли все померкло.
****************************************
Ольгерд затушил окурок и сунул его в кухонный утилизатор.
- Раньше ты столько не курил, папа, - заметил Льюис, - ты вообще не курил.
Почему-то на кухне разговоры затягивались до бесконечности. Обсуждать проблемы
васков Ольгерд был согласен, а свое состояние - вовсе нет.
- Час ночи, - сказал он, - хватит спорить.
- Тебе пора в отпуск, - с сочувствием посмотрел на него сын, - на Сонное озеро. Там
еще август, пап. Поплаваешь, рыбу половишь...
- А вы тут отдадите планету васкам в мое отсутствие!
- 186 -
- Да как мы отдадим? Все же против: и Леций, и Кера.
- Это они на словах против. Голос крови сильнее. Сами васки наполовину.
- Значит, они будут правы! Людям придется уйти с Пьеллы.
- Да что ты понимаешь?! Знаешь сколько сюда вложено? Всего: наших сил, наших
средств, наших надежд... ты-то прилетел на все готовое!
- Я же не виноват, что я родился позже эпохи Переселения!
Спор начинался по новой, а этого уже не хотелось.
- Иди спать, Лью, - устало посоветовал Ольгерд.
- А ты? - снова с жалостью посмотрел на него сын.
- А я еще посижу и помечтаю об отпуске.
Сейчас даже не верилось, что где-то существует Земля, Лесовия, поселок Радужный на
Сонном озере, лето, теплые закаты, черника в лесу, спокойствие, счастье... В реальности
было другое - в его доме жила Сия, самое ненавистное ему существо во вселенной, и он
никому не мог этого доказать. Что-то похожее он испытывал, когда был уверен, что Риция -
убийца, а все не хотели об этом слышать. Правда тогда было тяжелее: Рицию он любил.
Одиль же он ненавидел.
- Господин! - на кухню заглянул встревоженный Иргвик, - там у ворот какая-то Сандра
Коэнтра. Требует вас.
- Сандра?!
Он вскочил, не понимая, что могло случиться. Почему она даже не позвонила, а
прилетела сама. Это было тем опаснее, что Одиль еще не спала.
- Пропустите ее.
Сандра ступила белыми сапожками в бурой осенней грязи на желтый ковер гостиной.
Глаза были огромные и почему-то виноватые, словно она что-то натворила ужасное и
непростительное.
- В чем дело? - спросил он ее строго и официально, - почему вы не позвонили?
