— Утомилась лошадка? — Ехидно прохрипел он.
Федор не ответил, даже не посмотрел в его сторону протирая сорванным пучком травы мокрую шкуру друга.
— Ну-ну. — Засмеялся проводник. — Братья могут и подождать, пока ты нянькаешься со своей зверушкой.
Он как-то очень резко вдруг замолчал и зашипел, словно закипающий чайник. Федогран обернулся и замер от увиденного. Мор бурлил клубящимся мраком и таял. Причиной этому был тонкий, видимый невооруженным глазом луч ярко-желтого цвета, исходящий прямо из солнца и воткнувшийся в проводника. Еще мгновение, и от того останется лишь грязная лужица. Кто тогда покажет нашему герою дрогу к сестрам?
Решение пришло мгновенно Федогран прыгнул, закрыв грудью, словно щитом спутника.
Луч света ударил легким ожогом в грудь, и это не фигуральное выражение. Федогран действительно ощутил, и острую резкую боль и сильный толчок в солнечное сплетение. Что бы не упасть, он сделал шаг назад. В глазах потемнело, перехватило дыхание. Собрав волю в кулак, парень выхватил меч, и готовясь отражать нападение, слегка согнул для устойчивости ноги в коленях, и сосредоточился. Но атаки не последовало.
Напротив него, из, словно обрезанного, солнечного луча, вышла высокая стройная девушка, в своеобразном греческом хитоне, едва прикрывающим колени. Переливаясь радугами весеннего ливня, полупрозрачная красавица обиженно надув губки, внимательно, оценивающе осмотрела парня с ног до головы сиянием томных глаз, гордо вскинула упрямый подбородок, махнув искрами золотых кудрей, рассыпавшихся по плечам, и заговорила грудным красивым голосом, произнося слова, по слогам, словно первоклассник, читающий книгу.
— Как смел ты смертный, остановить меня, дочь бога, Инглию (дочь бога солнца, Ярило). Отойди, и не мешай мне уничтожить этот сгусток тьмы. Я охочусь за ним уже сто пятьдесят шесть лет, и вот, когда уже практически добиваюсь цели, появляешься ты, и вмешиваешься, спасая это порождение мрака. Уйди с дороги.
Федогран упрямо мотнул головой и крепче сжал меч.
— Что?!! — Из глаз дочери бога вырвались лучи направленного в лицо Федограна света, ослепив парня. Губы сжались в зловещую нитку. Сейчас она ударит всей своей божественной мощью, сметя это упрямое препятствие на пути к цели.
— Я не могу позволить тебе его убить. Он единственный, кто может мне помочь спасти друзей. — Сощурившись, воин упрямо сдвинул брови к переносице и выставил меч острием в грудь девушки. — Тебе придется сначала убить меня.
— Убить тебя? Это очень легко сделать. — Она рассмеялась так, что у Федора по спине побежали мурашки. — Но будет несправедливо, сжечь яростью того, кого обманули! Тьма никогда не помогает, она на это не способна. Ты слишком доверчив, воин. Отойди в сторону, и не мешай. Тебе приказывает богиня. — Девушка сделала шаг вперед коснувшись грудью жала меча, которое от этого прикосновения полыхнуло пламенем, но не расплавилось, а впитало божественный огонь в себя словно губка. — Инглия недоуменно опустила глаза на оставшимся целым оружие, и вновь подняла, посмотрев растерянно в лицо нашего героя. — Кто ты Богатырь?
Ответить Федогран не успел.
— Ты опять своевольничаешь, несносная девчонка. — Шкворчащий, словно на разогретой сковородке, голос прозвучал неожиданно громко, сразу со всех сторон, словно само пространство заговорило, со стоящими напротив друг друга противниками. За спиной Федора заскулил Коломрак:
— Это конец.
— Отец. — Девушка подняла к небу голову. — Я поймала Мора, а этот смертный не дает его убить.
— Ты снова вмешиваешься в жизнь мира Яви, нарушая баланс, и раскачивая кромку. — Зашипел раздражением голос. — В последний раз такой поступок привел к жесточайшей войне на земле, и ссоре богов. Если ты не уймешься, мне придется наказать тебя и запереть на пару веков в черной материи. Не зли меня дочь.
Этот богатырь делает то, что еще никогда не делал ни один смертный. Он соединяет все три разделенных кромкой сущности Яви, Нави и Прави, в единое нитью своей судьбы. Ему благотворят все боги и духи, в которых еще остались ценности этой вселенной, завещанные самим создателем мирозданья — Родом. Его поддерживают и Морена, и Перун, и Яровит, и даже я — Ярило. На него возложены все наши надежды. Не смей мешать ему на пути.
— Но отец!
— Я все сказал. Немедленно возвращайся, я с тобой поговорю в чертогах, нечего тешить уши смертным нашей ссорой. — Девушка недовольно фыркнула, и мгновенно исчезла, став лучом света. Она беззвучно унеслась к солнцу, растворившись в сиянии, словно ее и не было никогда.
— Фух. — Выдохнул сзади облегченный вздох. — Я думал это конец, и что меня сейчас развоплотят. — Колобок мрака беззвучно выкатился вперед, и посмотрел в глаза Федора. — Я понимаю, что ты это сделал не из дружеских чувств, и уж тем более, из-за любви ко мне, но все равно спасибо. Отныне я твой должник.
