На узком выступе сидел монстр, словно с балкона, свесив короткие ноги над каменой площадкой, вернее тем, что от нее осталось. После произошедшего тут когда-то очень давно катаклизма, сформировавшего это ущелье, от этой самой площадки, остался только крохотный, изрезанный трещинами лоскут гранита.
Огромный монстр- кромочник, ростом превышающий пять или шесть взрослых мужиков, вставших друг другу на плечи, довольно ухмылялся, скаля кривые черные клыки. Это порождение ужаса, все тело которого поросло черной, с синим отливом, короткой щетиной, с крыльями перистых, черных, облаков мрака за спиной, с короткими, четырехпалыми лапами и кривыми стальными когтями, с обрывками цепей на запястьях, смотрело на приближающихся путников, маленькими непропорциональными широкой морде, красными глазами без зрачков.
Индюшачий нос — кишка, с шумом втянул воздух, а маленький беззубый, коричневый рот, зачмокал, словно младенец пустышкой.
— Наконесссц-то!!! — Раздался его шипящий, змеиный голос. — Раффффный мне соперффффник. Я так даффффно этого жссссду. Вфффсе эти трусссссливфффыые людишшшшки, нечтожшшшны. Выхфффади вфффперед. Сразиссссь ссссо мнойссссс! Ссссмерть решшшшит, кто будетфффф владетьсссс вфффходом вффф кузссссницуффф.
Взмахнув ястребиными тучами в виде гипертрофированных, огромных совиных крыльев, Баш Челик шумно спрыгну на узкую тропу, между Федограном и входом в грот, и замер, припав к земле, изобразив из себя разъяренного кота, с хрипом вдыхая воздух.
Мышцы перекатывались волнами под кожей кромочника, словно отдельная, не связанная с телом часть организма, переходя спазмам в узловатую нервную дрожь нетерпения.
Пространство и время, замерло, в ожидании яростной схватки, чтобы потом взорваться овациями смерти, славя победителя, и смеясь над трупом побежденного.
«Слишком уверен в себе, и очень нетерпелив, глаза застилает злоба, а значит наверняка будет ошибаться. Этим нужно будет пользоваться». — Думал Федор, неторопливо доставая меч из ножен, и втыкая его в трещину скалы около ног. Снял с головы шлем, он будет только мешать в схватке, где важна не столько сила, сколько скорость и ловкость, и который не спасет от удара гипертрофированной лапы. Кольчугу тоже скинул. Ни к чему она, не убережет от удара кулака-молота, способного раздробить камень.
Протянул вещи за спину, не оглядываясь и не спуская с соперника настороженных глаз. Чьи-то руки перехватили у него доспехи, и быстрые шаги удалились, оставив их с монстром вдвоем.
Баш Челик, еще сильнее задрожал от нетерпения, и засверкал налитыми кровью глазами. Юноша присел, потерев ладони о камни под ногами, не столько для того, чтобы они не скользили на рукояти меча, сколько для того, чтобы заставить соперника занервничать и разозлиться еще больше. Парень улыбнулся самой милой улыбкой, на какую только был способен и положил руку на яблоко рукояти клинка.
— Потанцуем. Красавчик. — Выпалил он фразу, слышаную когда-то давно в кино, еще в прошлой, ушедшей навсегда жизни, и почему-то ассоциирующуюся им с началом драки. Его голос прозвучал одновременно с выхваченным из щели, полыхнувшим огнем ярости, оружием и прыжком жуткого монстра кромочника на встречу.
Черные когти со свистом разрезали воздух в том месте, где только, что находился Федогран. Пространство взорвал свистяще-шипящий крик разочарования. Воина там небыло, он пропал. Мгновение спустя, вновь рев ярости, но уже перемешанной с болью, взорвал ущелье, осыпавшимися камнями со скал. Изогнувшийся от спазма в спине Баш Челик, яростно заколотил лапами, пытаясь достать зацепившегося там воина.
Слишком уж он прямолинейно и грубо произвел кромочник атаку, полагаясь только на свою силу. Это была роковая ошибка, и Федогран не упустил такой шанс.
Уйдя в кувырок под летящей лапой (спасибо Волоту за науку), он словно распрямившаяся пружина, прыгнул вверх, одновременно разворачивая тело по направлению к врагу, и всаживая тому лезвие меча в спину.
Он его не убил, слишком коротким оказалось лезвие для смертельной раны, но он повис у него на спине, между взметнувшихся вверх крыльев, держась за рукоять воткнувшегося в какую-то кость монстра, оружия.
С двух сторон Федограна взлетели сгустки мрака с черными перьями. Баш Челик, с жутким криком, взмахнул ими, и ураганным ветром понесся в высь. Он поднимался все выше и выше, унося противников в бесконечное голубое небо.
Кромочник, всеми силами пытался избавиться от засевшей в его на спине, смертельной занозы. Он резко метался из стороны в сторону, махал лапами, не доставая, и подчас цепляя ими собственные крылья, то летел к верх ногами, то кидался камнем вниз, и резко взмахнув крыльями останавливался с разворотом. Ничего не помогало. Эта блоха вцепилась намертво, и не собиралась падать, кусая все это время огнем, его бедную спину. Он был в ярости.
