И Тёмный Князь в это поверил — что сможет получить то, чем не смогли завладеть другие тёмные Боги. Он поставил перед собой цель и теперь страдал из-за осознания, что не сможет её достичь: ведь меньше трёх процентов Рыцарей встало на его сторону. Да и то среди этих Рыцарей практически все отказались от даров, предпочитая сохранить относительную чистоту. Они пошли лишь на небольшие уступки и исключительно для достижения собственных целей.
Тёмный Князь проиграл. Он это понимал, как и то, что снова опозорился. И смех Тзинча лишь сильнее задевал пылающую гневом гордыню.
— Вот и вся истинная сущность твоего совершенства, Слаанеш, — продолжал язвить Тзинч, пронзая душу соперника словами, что были болезненнее удара любых мечей. — Сначала ты полез на Кхорна, потому что был глуп и доверился мне. Затем решил пободаться с Нурглом, в сад которого даже мне вход заказан. Теперь ты проиграл и здесь, ведь ты не ровня нам.
— Я убью твоего чемпиона, — крик сменился ядовитым шёпотом, полным жажды мести.
— Если у тебя получится, то я ничего не потеряю. Если у тебя не получится, твоя гордыня сожрёт тебя изнутри, — расхохотавшись ответил Тзинч, который свёл ситуацию к тому, что в любом случае победителем окажется он. — Однако вероятности сегодня на моей стороне и второй исход будет закономерным итогом твоей недальновидности. Ты предсказуем и слаб. Ты проиграешь — снова.
В этот момент всё собранное над Альбой внимание Тёмного Князя материализовалось в невероятной силы разлом. Он призывал своего слугу, демона-принца не для того, чтобы укрепить свои позиции, а лишь для жалкой и мелочной мести. Слаанеш крайне важным стало хоть что-то отобрать у Тзинча, пусть это и будет даже не чемпион, а так, какой-то расходный материал в консервной банке.
— Прорыв в имматериуме! — из-за того, что я остановился для добивания техники противника, буря ушла дальше, вглубь позиций врага и связь смогла пробиться и до моего передатчика. — На левом фланге родилось нечто ужасное! Нужна поддержка Рыцарей! Это демон! Он… он огромен!
— Я возьму его на себя, — тут же произнёс я, понимая, что этого от меня ждёт и Тзинч.
— Запрашиваю ракетный удар на себя! Используйте всё, что есть, но заберите его в ад вместе с нами! Оно не должно сущест…
Связь внезапно оборвалась, после чего повисла пауза.
— Двигаемся к штабу Рангды, — произнёс Ланселот, после чего добавил. — Готовьте атомное оружие, если Мордред не справится, то хотя бы задержит тварь на месте для точного попадания.
Я же стремительно развернул "Проклятье Морганы", после чего довольно быстро установил зрительный контакт с целью. Враг был высок, и я был не намного ниже, что отодвигало зримый горизонт на десятки километров.
Порождение Слаанеш, мерзкий демон-принц, он был ростом выше моего рыцаря. Его голову покрывали четыре пары рогов, а из пасти свисал длинный извивающийся язык. Кожа его была розоватого цвета. У него имелись три пары грудей с глазами вместо сосков и две пары рук. Первая пара заканчивалась пятью когтеподобными пальцами, и в правой он держал проклятый клинок. Вторая пара заканчивалась тоже когтями, но уже напоминающими шипы и лишь в единственном экземпляре, как у какого-нибудь насекомого. Единственным элементом одежды являлась набедренная повязка из кожи павших врагов и доставала она до земли.
Демон смотрел на меня своими чёрными глазами и прямо в чертогах своего сознания я услышал его мерзкий голос.
— Твоя душа будет моей, смертный.
И тут же он рванул в мою сторону, развивая удивительно огромную скорость для столь громадного создания. В этот же момент на мой разум обрушился шквал психической энергии: однако всё разбилось о Трон Механикума, а остатки были поглощены уже птичкой. Для чужого воздействия внутри этой машины я был фактически неуязвим. А если даже и найдётся кто-то достаточно сильный для пробития такого заслона, то ему ещё придётся схлестнуться с волей Тзинча.
Убить меня можно было лишь в физическом мире, что демон-принц и собирался сделать, на ходу разрывая своими конечностями всех смертных: и рангданцев, и людей, и рабов-ксеносов. Словно мельница крутился его клинок, разрубая танки и поглощая души павших. Все кто умирал недалеко от демона-принца, становились его пищей. Ни одна душа не улетела в варп, поглощаясь прямо здесь.
Впрочем, в любом случае погибших ничего хорошего не ждало: ведь если бы их не съел демон-принц, то душа была бы сожрана другими тварями варпа, которые облепили Альбу вместе с бурей. Хотя лучше быть разорванным и поглощённым мелкими тварями, чем стать добычей демона-принца и его проклятого клинка, медленно переваривающего души, обрекая те на долгие века мучений.
