И сделал шаг вперёд, попутно поднимая руки. Всё оружие сил правопорядка было наготове. Я прямо видел, как дрожали дула их винтовок и лазганов. Они понимали, что если толпа побежит на них, то первых может, и расстреляют, но остальные устроят самосуд. И прежде чем бунт подавят — умрут тысячи. Любая искра сейчас могла привести к бойне, и поэтому я шёл медленно.
— Переговоры! — закричал я, стараясь перекричать толпу.
— Сукин сын, это он всех собрал, — произнёс командир сил правопорядка, глядя на меня.
— Пустить пулю ему в лоб? — предложил его помощник.
Но оглядев собственные ряды, командир сил правопорядка скривился и дал команду своим бойцам. Они вышли из строя и быстро скрутили меня, уведя за стену из бронетехники и пехоты со щитами. Убивать меня было нельзя, ведь это могло спровоцировать толпу. Надо было выигрывать время, пока не прибудут имперские подразделения.
— Переговоров хочешь? Будут тебе переговоры, предатель грёбаный. Ведите его к господину Лиру, пусть разбирается.
— Командир, с восточной части города тянется ещё толпа. Их тысячи…
— Не дайте им соединиться с этой группой, используйте газ и светошумовые гранаты.
— Боевые?
— Все бойцы должны иметь боевое вооружение, но не применяйте его без моего прямого приказа.
— Принято.
Всё норовило выйти из-под контроля, однако благодаря нашей подготовке красная линия не была пересечена. Умирать из собравшихся никто не хотел, поэтому в этот раз люди вышли не в шахтёрской экипировке и без инструментов, которыми можно было легко пробить голову служителю правопорядка. Это немного снижало градус накала, а всяких провокаторов из толпы, явно нанятых Детрием, душили мои товарищи по бару.
Меня же вели прямо во дворец. Достаточно медленно, так чтобы меня все видели. Затем мы поднялись по ступенькам, постояли перед гигантскими дверьми и после меня впустили внутрь. Дворец был огромен, в нём уже расположились телохранители семейства Лир. Они притащили даже тяжёлое вооружение, выставив его вдоль стен у окон. Тут имелись как автоматические гранатомёты, так и спаренные пушки. Единственная причина, по которой всех восставших не превратили в горелый фарш: эти бунтари основа экономики.
Затем меня провели уже внутрь рабочего кабинета — огромного, с мраморным полом, высоким потолком, золотой люстрой. Мебели практически не было, а просторный зал должен был подчёркивать величие. Пока шахтёры ютились в комнатках три на три метра, семейство Лир отдавало зал в сотни квадратных метров под один стол.
А сидел за ним старик, морщинистый, с кучей аугментики. Он читал бумаги и вообще не хотел смотреть на меня. Казалось, его даже не особо волновала толпа, готовая повесить весь его род на деревьях, столбах, да хоть на этой гигантской люстре.
— Я пришёл…
— Мне плевать, зачем ты пришёл. Скоро подойдут имперцы: вас всех подавят, каждого пятого покалечат, каждого десятого показательно казнят. Затем будут введены коллективные наказания. Если и после этого вы продолжите нарушать порядок, то…
— Вы вообще в своём уме? — резко перебил я, ведь терять мне было нечего. Как и изначально я шёл сюда, понимая, что скорее всего не вернусь обратно живым. — Хотите всех убить, лишь бы не давать небольшую поблажку? Собравшиеся сами не горят желанием умирать! Они хотят работать, просто сделайте условия чуть человечнее и они все разойдутся. Я даю слово, небольшой уступок и…
— НЕБОЛЬШОЙ УСТУПОК?! — в бешенстве взревел старик, мгновенно теряя самообладание и вскакивая с места.
Вена на его лбу пульсировала, кожа побелела, а старческие морщинистые руки тряслись от нескончаемой ненависти ко мне и желания сомкнуть пальцы на моей шее. Этот старик был воплощением старых времён: для него низшие слои общества были безвольным скотом и ресурсом, который нужно давить и уничтожать. В его голове даже теоретически не могла появиться мысль, чтобы пойти на уступки толпе. Ведь его дед, прадед: десятки и сотни поколений до него, за любое неповиновение карали бунтарей.
И как жаль, что я понял всё это лишь сейчас. Да, где-то на подкорке мозга у меня таилась мысль, что всё будет гораздо сложнее, но чтобы настолько…
— ЗА НЕПОВИНОВЕНИЕ ЖДЁТ ТОЛЬКО НАКАЗАНИЕ!!! — орал в безумстве старик, а слюна его разлетелась во все стороны. — Тупоголовое быдло, вы ничего не понимаете! Все ваши блага результат наших трудов! Вы ничего собой не представляете! Вы просто скот, который тут же сдохнет без достойного вожака! И как вы отплатили нам? Устроили этот бунт, поддавшись дешёвым провокациям. Что же, я сделаю всё, чтобы вы научились ценить то, что имеете. И ты станешь первой жертвой.
— Да ты сумасшедший. Ты загнал их в угол и…
— МОЛЧАТЬ!!! ЗАКРОЙ СВОЮ ГРЯЗНУЮ ПАСТЬ, ПАДАЛЬ!!! — вот тут уже старик чуть от инсульта не откинулся: его невероятно бесил сам факт моего существования. А когда я посмел ему перечить и перебивать… да, такое в его мировоззрении не могло существовать. — СТРАЖА, ПОЧЕМУ ОН ЕЩЁ НЕ В КАНДАЛАХ?!
