А возможно бы в очередной раз гвардия смогла бы превозмочь. Кто знает? Я не знаю. Может быть Тзинч знает. Думают, что знают и Закеиль, и Балакор. Но суть была такова, что проведя оценку исходя из своих вводных данных Закеиль пришёл к выводу, что двадцать тысяч крестьян и мелкий город не стоят рисков. А Балакор увидел в этом почти что предательство и кажется осуждение его будет выражено не только в словесном конфликте.
– Так будет даже проще, – ухмыльнулся Охотник. – Давно думал как бы от них избавиться.
– Думаешь это Падшие замешены в происходящем?
– Всё возможно, но если вдруг совпадение фауны этого мира с фауной Калибана неслучайно... тогда лучше бы рядом с нами не было отряда Саламандр.
После этого Охотник ушёл изучать трофеи, ведь тел среди сожжённых полей было огромное количество. Некоторые из них осквернены и нуждаются в повторной обработке прометием. Закеиль же в этот момент задумался, прислушавшись к внутреннему голосу. Невольно этим голосом в этот раз снова стал я, ведь мне и самому было очень интересно разобраться, что в данном случае было важнее...
Двадцать тысяч людей... из них примерно каждый пятый ребёнок, половина женщины, каждый десятый старик. Никто из них не был воином, солдатом и... и им уготовили роль приманки. Чтобы звери упивались своей охотой и не отвлекались на происходящее вокруг, как гвардия подвозит артиллерию и перебрасывает подразделения.
И в то же время жизнь солдата действительно ценна, но кажется и сами гвардейцы не были рады происходящему. Они служили Империуму и воевали как раз ради защиты этого населения. Их сухпайки, их лазганы, фраг-жилеты – всё это делал тыл, чтобы они на передовой выполняли свою работу по защите Человечества. Как и с учётом собранных тут сил, включающих в себя даже астартес...
Неужели действительно так необходимо было жертвовать целым городом? Неужели и без этого подавляющей мощи бы не хватило? Почему вообще рассматривался такой вариант и... может Закеиль действительно считал себя слабым, что не справиться?
Слишком поздно я заметил как сильно мои мысли влияют на Закеиля, который ушёл в процессе своих параллельных размышлений в крайне негативное русло. Его гордыня была задета, в памяти отпечаталось гневное лицо Балакора, что его осуждал, хоть и был в десяток-другой раз моложе, а то и больше. Но хуже всего было от потери уверенности. Закеиль действительно задумался над тем, а что вдруг он не прав?
– Балакор нашёл выживших, отправьте туда технику, надо разобрать завалы и достать их, – раздались голоса офицеров в воксе.
Закеиль же направился прямиком к шаттлу. Требовалось проверить и силовой доспех, из-за сбоев энергетический кабелей, также устранить неисправность плазменного пистолета. И делать всё пришлось без помощи технодесантника Саламандр.
Потому что из-за гордыни своей Закеиль даже не попытался явиться к нему и просить о чём-то. Он горделиво направился к менее опытному техножрецу, который был удивлён такому раскладу и не меньше удивился реликвии, починка которой для него станет вызовом, возможно даже непосильным.
Вся операция длилась свыше семидесяти часов и Закеиль сражался от самого начала и до самого конца. Ему следовало отдохнуть, однако разум его бушевал и даже медитация не могла его успокоить. Более того, из-за медитации всё становилось ещё хуже, ведь по каким-то причинам память о Калибане стала более яркой, чёткой и болезненной. Вероятно причиной был опять же я, но ничего поделать с этим не получалось.
В такой ситуации Закеилю не оставалось ничего, кроме как заняться работой. Сняв снаряжение и облачившись в традиционные одежды Калибана, что напоминали сюрко рыцарей Древней Терры, Закеиль отправился делать то, что делал как правило Охотник. Собирать информацию о ближайшем окружении, о союзниках, среди которых Тёмные Ангелы всегда искали предателей.
Во многом это было продиктовано событиями Ереси Хоруса, которые оставили огромный след на всём Империуме. Однако была у подобных действий и иная сторона... где-то в глубине души каждый из Тёмных Ангелов был настолько горд, что считал предательство возможным абсолютно везде и всегда. Раз уж сам первый легион не углядел среди своих предателей, то что уж говорить о других легионах? Даже среди Саламандры или Имперских Кулаков Тёмные Ангелы пытались найти предателей.
И делали они это в первую очередь из-за того, что не могли принять тот факт, что могли быть те, чья верность Императору и Человечеству куда более прочная, чем у них. Это было тяжело принять, делая и без того мрачную ношу ещё более неподъёмной.
– Эти астартес невменяемы! – подслушивая разговор в штабе, Закеиль услыхал полковника. – Сверхлюди, но умудрились в такие краткие сроки поссориться! Вот тебе и Его Ангелы, чтоб их... Уильям, тебе придётся найти способ их померить.
– Кажется легче будет просто дать им делать то, в чём они лучше. Пусть Тёмные Ангелы и дальше вырезают всех, а Саламандры укрепляют оборону на случай если первые опять решат устроить нечто подобное.
