Но хуже всего был застывший пред величественной тенью Робаут Жиллиман. Когда Лев занял высоту на холме, то тоже увидел зловещую картину. Робаут не сражался, просто... просто его душа не могла двинуться ни в одну из сторон. Старый Король всё ещё желал найти себе замену. Тени, что проникли внутрь Старого Короля, хотели убить Робаута. Робаут хотел спасти Человечество, но не знал как это сделать.
Из-за этого и возникала проблема, соблазн. Лев понимал своего брата, ведь помнил под какие речи создавался Империум Секундус. И никакие оправдания про то, что не было связи и не понятно взял ли Хорус Терру или нет, не играли никакой роли.
– Наши ряды... нас осталось очень мало, – произнёс Велиал, Клинок Безмолвия которого заставил навеки замолчать несчётное количество душ, что служили сердцем каждой из теней.
Тёмных Ангелов становилось только меньше, пополнение не приходили, ведь взрастить одного астартес довольно долго. Резервы же теней были бесконечными, ведь прямо сейчас они прорывались в реальность в других местах. Пожирали целые города или порой миры, после чего переваривали души и создавались самих себя. В результате складывалась неприятная ситуация: надо либо побеждать быстро, либо отступать.
Однако отступление уже даже не рассматривалось. Слишком большие потери понесены, слишком мало известно о том, что будет в будущем, если эти твари наберут ещё большую критическую массу. Как и честь банально не позволит Льву развернуться и осквернить тем самым жертвы своих сыновей.
Но и пробиваться дальше... Лев не сомневался, что весь его легион готов здесь умереть. Но будет ли в этом смысл? Удастся ли сделать хоть что-то или изменить уже действительно невозможно ничего? Сомнения с пылью мудрости слетели с чела Льва, после чего тот положил тяжёлый взгляд на Лютера. А Лютер просто кивнул.
– Сильные духом, вы настоящие хищники, братья мои, – произнёс Лютер оглядев также поредевших павших. – Вас никто не простит, но прощение вам и не нужно. Вы никогда не были виновны в том, что сделал я и другие... Но стоя здесь, глядя на всех вас... Я понимаю, что вы лучшие сыновья Льва. Те, кто всегда понимал важность сражения во тьме, где никто и никогда не узнает о ваших подвигах. Ведь вам не нужны лавры, почести и всё прочее, чем соблазнились другие легионы. Вы – Львы Калибана, вы Чернокрылые Ангелы, вы те, кто обеспечивает спокойный сон бессчётных миров Империума, сражаясь с их кошмарами на яву.
Тяжела была боль и обида в душах Падших. Так много времени их гнали, словно дикое зверьё. Вернувшейся Лев даровал прощение? Но тем, кто пошёл за Лютером, это прощение было не нужно. Они не чувствовали вины, ведь к всему этому их сподвигла жгучая ненависть от собственных братьев. Тех, кто слушать не желал ничего и без устали повторял... раскайся... раскайся... раскайся...
Но они пошли за Лютером, таким же как они. Тем, кто был виновен куда больше, но который был им куда ближе. И вот стоя здесь... Падшие, что не запятнали себя вовсе и не нуждались в прощении Льва... Падшие, что может и нуждались, но никогда его не получат из-за порчи Хаоса... Все они с грохотом ударили себя в грудь, прогремев сталью и громким кличем:
– Веди нас в бой, Лютер!
И в этот момент Лютер впервые за долгое время возгордился вновь. Воспрянул духом и словно бы стал тем, кем когда-то покинул Калибан, отправившись к новым звёздам. Величественный, тот кто предал, но нашёл в себе силы победить Хаос, когда тот уже казался непобедим. И хоть покалечена была душа, но переживший подобное уже не мог быть простым человеком.
И хоть никогда не смогут понять другие Тёмные Ангелы почему эти Падшие видели в Лютере героя и равнялись на него, выбрав себе такой идеал вместо Льва, собственного примарха, но тем не менее все в тот день увидели как Лютер ринулся прямо в озеро, увлекая за собой остатки.
Завязался бой, в котором никто из них не выживет. Обращаясь в левиафанов тени десятиметровыми волнами хлынули на них. Но никто из них не пал на дно, идя по поверхности озера. И глядя за этим Лев сурово сжал губы, издав хрип, что был подобен рычанию. Учившие повадки своего примарха космодесантники поняли приказ.
Рота терминаторов выстроилась, на себе они несли сверхтяжёлые болтеры, что создавались ещё во времена Великого Крестового Похода и передавались от лучшего к лучшему. Даже не все те, кто помог быть удостоен чести носить терминаторский доспех, получал право владеть подобным оружием. Ведь каждый болт был по сути своей маленькой атомной бомбой.
Загрохотала смерть, вспышки озарили светом атомного пламени забрала шлемов. Это были последние боеприпасы, а большинство Тёмных Ангелов уже перешло на исключительно оружие ближнего боя. И пока Падшие вместе с Лютером создавали плацдарм, привлекая к себе внимание теней. Эти боеприпасы израсходовались с максимальной эффективностью.
Не дожидаясь конца обстрела, Лев и сам рванул в бой. Но было уже поздно. Едва он достиг тел Падших, как пал последний из них. Шествуя прямо по их телам, Тёмные Ангелы продолжали расширять брешь.
