— Ах и да… этого я тоже заберу, — вдруг Фулгрим указал одним из своих мечей на меня, при чём именно на мою душу, а не на тело. — Бесит.
— Плевать, — рыкнул Магнус и после начал двигаться на последнюю линии обороны, увлекая за собой орду демонов.
Тут же завязался последний бой, где Джагатай лишь изредка наносил удары и отвечал выстрелами. Слишком тяжко ему было сражаться даже с куда слабейшими врагами, каждый удар был словно схваткой с самой смертью. Казалось вот-вот собственное тело откажет и вновь упадёт.
Но прежде чем они успели преодолеть лишь двадцать метров, Комморру тряхнуло снова. А чудовищный выстрел едва не снёс голову Фулгриму, заставив того отвлечься.
— Самоубийцы, — произнёс примарх Детей Императора, глядя на как друкхари мчатся в атаку на него.
Тут же свою пасть раскрыла Слаанеш. Каждая душа эльдара будет ей поглощена и участь глупцов, что вместо бегства предприняли попытку контратаки поражала. Однако когда Фулгрим сделал прыжок дабы нанести сразу четыре удара своими клинками и обезглавить с десяток другой друкхари, он заметил вспышку впереди себя и все четыре удара оказались заблокированы.
— Демонический примарх Фулгрим, слабейший и уродливейший из всех детей Императора, — произнёс Асдрубаэль Вект, что стоял прямо перед ним избранником Слаанеш и не отводя взгляда смотрел в узкие зрачки Фулгрима.
По обе его стороны стояли сильнейшие воины Комморры. Один из мечей остановил питомец древнего гемункула, что стоял чуть позади. Ещё один меч принял Тёмный Отец, что возглавлял всех инкубов Комморры и был предан войне с Хаосом как никто из его вида. А два остальных меча каким-то странным способом удерживал Асдрубаэль, даже не касаясь их.
Также за его спиной находились не просто лучшие воины Комморры, каждый из них был тёмной музой. Божеством, на которое равняются все остальные. Те, кто представлял собой воплощение мастерства того дела, которому посвятил всю жизнь. Здесь были и убийцы, и разбойники, другие архонты и суккубы, что являлись примером для подражаний. И хоть извращено было понимание возвышенного у друкхари, но титул тёмной музы действительно обладал некими словно магическими свойствами, предавая ещё большую объективную силу самим тёмным музам.
— Комморра в опасности, вновь я её спасу, — произнёс Асдрубаэль, словно бы всё происходящее было частью его плана. — Таков же удел короля. И если хочешь быть на вершине, нечто подобное надо проворачивать время от времени. А также напоминать, что существует куча проблем, которые можешь решить лишь ты.
Фулгрим от злобы просто замолчал, а через его душу прямо на Асдрубаэля взглянула сама Слаанеш. Тот лишь поморщился, отвёл взгляд, но бежать от её руки не стал. Такая уверенность поразила даже Магнуса, который не понимал с чего бы это Асдрубаэль решил самоубиться. Однако в следующее мгновение от удивления расширились глаза всех, когда Слаанеш резко одёрнула руку, не сумев тут же забрать обещанную душу.
— Со дня падения наш вид искал возможность защититься от Той Что Жаждет и кажется… именно в Комморре было найдено окончательное решение эльдарской проблемы, — улыбнулся Асдрубаэль, после чего невообразимое число вспышек сверкнули на каждом здании Комморры.
Бессчётное число залпов орудий начали рвать флот, что шёл на хорошо укреплённые позиции. Парочка залпов даже кораблей принадлежавших астартес не могли подавить такую систему защиты. Завязалось очередное сражение, но слишком глубоко вошли корабли, как и одним за другим начинали прибывать призванные для защиты пираты, проходя через хитросплетение порталов.
Как и многие орудия были уже наведены на сам Крусибаэль.
— ТВОЯ ДУША ВСЁ РАВНО БУДЕТ ОТДАНА ЕЙ!!! — взревел Фулгрим, превратившись в вихрь.
Но неожиданно Асдрубаэль вновь исчез, как и все другие тоже словно в последний момент совершали пространственные прыжки. И чем дольше махал мечами Фулгрим, чем громче он слышал смех того, кого можно было легко спутать с Тзинчем.
— Арлекины, среди них солитёры, — отчитался по воксу могучий терминатор из свиты Фулгрима, в то же время зажимая из своего тяжёлого орудия прямо в один из шпилей, что трещал по швам от болтерного шквала.
Огонь был настолько мощным по обе стороны, что некоторые выстрелы встречались друг с другом. Но хуже всего было то, что пока Магнус пытался понять планы Цегораха и не его ли голос слышал он в голове, вместо голоса Тзинча… отведённое на кражу атама время стремительно улетучивалось. И пока золотой свет нёсся через всех варп, давя на паутину с новой стороны, то внезапно через один из взятых под контроль демонами порталов вылетела Птичка.
За ней же прямо на поверхность Крусибаэля приземлилась Лазурь, которая привела с собой удивительно много демонов. Слишком много для такой слабой демоницы, как она. Впрочем, не столько сильно меня удивляло количество демонов, сколько десятки хрустальных саркофагов, что продолжали с грохотом падать и вонзаться в песок повсюду, даже на других лепестках пылающей арены.
