Однако какого же было моё удивление, когда такие же хаотичные диверсии начали проворачиваться вслед за мной. Будто бы получив какой-то сигнал, они начали сеять ещё больший Хаос. Одним за другим разборки между диверсантами гремели то там, то здесь. Инквизитор приставил к стенке одного из астартес, а один из магос то ли решил воссоединиться с Духом Машины путём суицида через кабель дугового реактора, то ли его намеренно убили.
— Они лишили меня понимания. Намеренно. Они издеваются, хотят чтобы я подумал, что это идёт согласно их плану или… или я действительно запустил хаотичную цепочку, которую они не предсказали? — стоя перед терминалом, управляющим охранной туррелью, размышлял я.
— Что ты тут делаешь, техножрец? — вдруг раздался голос космодесантника, а у меня аж механодендриты дыбом встали.
— Проверяю спокоен ли Дух Машины, — ответил я без эмоций, а этот гигант уже позади меня встал.
— Неправильно проверяешь, смотри как надо, — произнёс он, подойдя ко мне и отодвинув. — Вот так… немного вот здесь… эту пластину убираем, как видишь тут плата, примерно вот между этими линиями проходит код и можно напрямую подключиться сюда с помощью этой штуки… и вуаля, аппаратная уязвимость позволяет нам загрузить собственный список угроз… всё, отличная работа. Ах да, ты наверное хотел лишь к камерам подключиться. Что же, вот тебе карта памяти.
И этот космодесантник протягивает мне карту памяти, на которой буквально восьмиконечная звезда выцарапана.
— Я вообще-то лоялист, — произнёс я, беря подарочек.
— Я тоже. Если нужны будут мельта-заряды, то обращайся к магосу Лейкорнаму на пятом подземном уровне. О других наших не переживай, я им не скажу, что ты один из нас.
— Многие из них и так знают.
— А-а-а, ты из этих… ну понятно. В таком случае здесь наши пути расходятся, Альфарий.
— Я Омегон.
— Ты не можешь быть, Омегоном, — покачал головой астартес, разворачиваясь и уход. — Потому что Омегон я.
И где-то в этот момент мне уже захотелось плакать. Я ничего не понимал, не понимал даже того, чего именно я не понимаю и не понимаю ли. Потому смирившись со своей участью окончательно я просто взял все доступные мельта заряды и направился на нижний уровень практически напрямую.
Все информационные хранилища я изолировать не смог, но путём подрыва энергетической системы смогу спасти некоторые участки. Потому заменировав там всё, я перебил охрану, без тени сомнения просто в открытую уничтожил все печати чистоты, повзрывал проходы и заперевшись в зале с трупом логоса, начал тихо повторять себе под нос:
— Я не альфа легионер, которому ещё в первом перерождении промыли мозг. Я не поехал кукухой, никаких многоходовочек не существует, — шептал я, нажимая на один детонатор за другим.
Примерно в этот же момент началось вторжение Предавших Слово, которые и нашли меня в одном из дата-центров. Нам удалось захватить более тридцати процентов информационных хранилищ. Довольно отличный результат. Правда надо также заметить, что нашли они не совсем меня, а моё тело с расплавленной плазменным выстрелом в висок головой.
Я решил лишний раз не рисковать и просто самовыпилился, уйдя на перерождение к ментальному якорю, попутно очистив себя от всего, к чему прикоснулся за эту жизнь. Особенно тщательно я убрал все фрагменты связанные с душой того шпиона из Альфа Легиона. А вместе с этим обзавёлся паранойей, которая привела к тому, что я чуть с ума не сошёл.
Но главное, что не сошёл. Как и Кор Фаэрон тоже отличил мои действия. И хоть кукуха моя подверглась новым вызовам, однако так или иначе Индевор был в результате взят и всё стороны готовились к первому генеральному сражению, которое пройдёт рядом с Железной Крепостью.
Как и мне нельзя было утопать в безумии, ведь в битве сойдутся сотни титанов, а значит нам понадобится всё преимущество. Поэтому превозмогающее отринув все свои мысли о том, что я Альфарий, я отправился к Эпсилону в цех с рыцарем Мордреда, где мы обсуждали то, как бы стать прочнейшим звеном нашей армии и раскрыть всю огневую мощь титана класса «Опустошитель», который и возглавит всю нашу ударную группировку.
Одним за другим штурмовые кулаки уходили в бой. Могучие танки целыми колоннами на марше прорывались вперёд, а за ними рысцой бежали космодесантники и не поспевали простые смертные. Никто даже не думал о том, что надо послать вперёд сапёрные группы и что-то разминировать или хотя бы начать рыть траншеи, дабы подобраться к Железной Цитадели.
Ведь сами Титаны сошлись в этом бою и их рокочущие взрывы вспахивали землю с десятков километров, уничтожая всякие укрепления. И в ответ по ним стреляли такие же могучие машины и огромное количество орудий, внутри дул которых могли помещаться Леман Рассы, которые выглядели маленькими на фоне их снарядов. Жесточайшая битва, в которой вся стратегия войны переворачивалась верх ногами.
