Вместе с тем раскалённый металл листами полетели в потолок, в стены, куда угодно, но уже не по конвейеру. Попадёт в кого-нибудь — убьёт. И как удачно выходил он ровно в западный проход, чем отреза часть арсенала от моего зала. Всё происходило за считанные секунды, охрана уже бежала в ко мне, а я… я уже приготовился к бою.
Засверкали выстрелы, но куда быстрее двигался я, одним за другим падали на землю стражи, после чего в ход пошли уже отравленные кинжалы. В жутком танце я громко смеялся и вырисовывал их кровью узоры, пока они одним за другим падали на землю ещё живые, мучаясь и корчась от боли. Вокруг грохотал резаки, одна за другой обрушивались платформы и в целом весь тех уничтожался.
С грохотом опускались могучие двери, стремясь изолировать зал, но вдруг все вычислительные машины вышли из строя, после чего перешли в ручной режим. Мусорный код дал о себе знать и пока специалисты реагировали, вручную делая всё то, что раньше проходило автоматически, я уже разобрался почти со всем отрядом охраны. Оставалось лишь подставиться, чтобы удар клинка обнажил мою маску и тёмную кожу, после чего удар почти в сердце и стремительное отступление.
Три минуты, я уже снова стою в той же уборной, покрытый кровью из-за того, что пырнул себя сам же. Один из самодельных дронов уползал по вентиляции, утаскивая с собой наряд в сторону выжигательной машины. Другой мчался также в одну из точек для самоуничтожение, но уже в более жаркую, в соседний цех, где из-за суматохи эвакуировали большинство ремесленников и в целом смотрели лишь на зал, где прошла бойня.
Благодаря моим чарам никто даже не заметит, что какой-то металлический паучок со свёртком решит самоубиться. А если и заметят… так даже будет куда лучше. Невообразимо лучше. А то мало ли местные врачи не успею спасти бедолагу, что увидел моё друкхарское лицо.
— Пф-ф-ф… — выдохнул я, уже в одежде Эллиана, который ушёл сюда четыре минуты назад после спарринга с Милраной.
Наверняка она уже добралась до зала, поняла что происходит и… очень сильно запереживала о том, что меня нет. Именно поэтому надо было пырнуть себя. Однако оставалась последняя деталь в виде раны на лице. Раны нанесённой вовсе не отравленным клинком. Оставалось изуродовать своё тело друкхарскими письменами, а затем вылить на лицо яд.
Боль была адская, кроме того пырнул я себя прямо в печень. Это рана крайне опасная, однако когда я её наносил, то уже чувствовал, что ко мне бегут. Потому знал, что не сдохну. На крайний случай я готов был помочь себе и магией, чтобы выиграть несколько секунд.
— Милосердная Иша, — в ужасе первой в уборную вбежала Милрана, увидев меня с кровавыми письменами на груди, облитым ядом, что выжигал кожу.
Даже если бы они прямо сейчас начали целенаправленно изучать мои схроны, то обнаружили, что Птичка уже их заделала, при чём не просто прикрыла, а залила также местным цементом, что уже застыл. Даже полость внутри уже была заполнена. Ни к чему не подкопаешься.
Зато мной было оставлено множество улик. В том числе якобы путь отхода убийцы. А тот факт, что мной использовались детали как друкхари, так и арлекина были вовсе не случайными. Ведь дав множество улик я предоставил местному детективу огромное пространство для догадок и многоходовочек. Он будет пытаться выбрать между двумя вариантами, оба из которых дал и оба из которых неверны.
Дай я один вариант и вот образуется пустота, появится желание что-то усложнить, просчитать наперёд… а так я заранее дал эту сложность. И пока они будут гадать была ли это диверсия арлекинов или друкхари, что пытались прикинуться друг другом, я спокойно себе буду отдыхать как мученик и радуясь компании Лиании, которая будет думать что я в коме и не слышу её пения.
И она же принесёт мне, сама того не зная, новое послание от Перевёртыша. В этот раз более простое, чем прошлое, зашифрованное с помощью простейших коротких и длинных сигналов. Разве что сигналы эти были в цветовом спектре в виде лучей розовых и голубых. Об этом мы уже договаривались заранее, потому я примерно знал куда смотреть и какие места лучше лишний раз проверять.
Да, зачастую я искал комбинации там, где их не было, например на картинах, барельефах или даже в одежде других эльдар, но как правило после попытки проверить шифр сразу становилось понятно есть ли в нём смысл и следовательно является ли шифр шифром или просто случайным набором розового и голубого. Правда запихнуть его в ночник… Перевёртыш мастер.
Так я параллельно со своими душевными делами расшифровал за трое суток послание.
— Хм… значит прольётся кровь, — произнёс Мордред, наконец-то поняв на что рассчитывают наши союзники.
— С одной стороны есть во мне некое… злорадство, — признался Алор, что также был рядом. — Что не только лидеры Империума столь циничны, жестоки и полны коварных планов, которые не учитывают мнения их расы.
