Меня тошнило уже от этого. От ее пьянства, пошлости. От его терпения к ней. Я пошла к машине. Когда я уже собралась сесть на велосипед, послышались шаги. Эйден тащил за руку Мэрилин к машине. Она упиралась. Я остановилась, когда он увидел меня. В его взгляде была лишь усталость.
- Я не хочу спать, я хочу веселиться! - ныла моя кузина.
- Поехали домой, а там будем делать все, что захочешь.
Я слышала в его голосе еле сдерживаемое раздражение.
- Нет уж, там ты бросишь меня одну и уйдешь трахать Тихоню!
- Боже, что ты несешь?!
- О, только не говори мне, что ты с ней не спал!
- Мэрилин, у тебя с мозгами не в порядке.
- Ну не знаю, по-моему она хочет тебя! - она пьяно усмехнулась и тут увидела меня. - А ты заметил, как она смотрит на Патрика, мне кажется она и с ним спала! - произнесла она ухмыляясь и глядя мне в глаза, хотя и не могла толком сфокусироваться.
Эйден не выдержал этого пьяного бреда, схватил ее, перекинул через плечо и засунул в машину.
- Мне плохо, - простонала она.
Он отошел и ее вырвало.
- Мне надо в душ, - захныкала Мэр.
- Это точно. Поехали домой.
Он пристегнул ее и захлопнул дверцу, затем молча взял велосипед и положил его в багажник.
- Садись, - бросил он и пошел к водительскому сиденью.
Я не стала ничего говорить, а просто села в машину.
Мэрилин тихонько рыдала на заднем сиденье. Она обвиняла свою мать и меня во всех неудачах, оплакивала свою 'отстойную жизнь' и просила ее пожалеть.
Мне было нисколечко ее не жаль. То, что она сегодня творила и говорила, было отвратительно.
Когда мы подъехали к дому, ей стало немного лучше. Она сама освободилась от ремня безопасности и пошла к пляжу.
- Господи, она угомонится или нет? Мэрилин, успокойся и пошли спать! - со злостью крикнул в открытое окно и хлопнул по рулю.
- Я не хочу спать! Я хочу веселиться! Я тебе не Тихоня!
- Хорошо!
Он догнал ее, закинул на плечо и понес к океану. Я поплелась за ними, но близко не подходила, просто встала недалеко от нашего забора. Эйден зашел вместе с Мэр в воду и окунул ее. Она заверещала и попыталась вырваться.
- Лучше? - зло спросил он.
- Долбаный ты идиот, отпусти меня. Сволочь, мудак!
Он отпустил ее и пошел к берегу.
Она пару минут стояла в воде, всхлипывая, затем стащила с себя юбку, топ и туфли и побрела к берегу.
- Ненавижу тебя!
- Я тоже, - отозвался он спокойно, бредя к дому.
- И тебя ненавижу, - бросила она, проходя мимо меня.
Я осталась на пляже. Просто села на песок, вглядываясь к темноту ночи. Никогда ее такой не видела. Как он это терпит?
