Выдвинув ящик письменного стола, глава токийского отделения достал пухлую папку с неизменным штампом «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО» на обложке.
— Это досье на Миву. Мы обратили на него внимание еще несколько лет назад. Тогда он едва не ушел на дно. Ему принадлежала якудза, ему принадлежали банки, и вдруг все это дало течь. Мива убедил себя в том, что всему виной американцы, устроившие заговор против него: мафия хочет прибрать к рукам японскую порнографию, и для этого его самого нужно уничтожить. Он олицетворял японскую порнографию; черт побери, он олицетворял саму Японию. Поэтому Мива обратился за помощью к врагам своих врагов, к Северной Корее, пообещав, что, если помогут ему, он отплатит тем же и принадлежащие ему газеты запоют нужные песни. Корейцы дали ему деньги. Они не могут накормить собственный народ, но зато у них нашлись миллионы для какого-то японского порномагната, чтобы тот снимал фильмы, содержание которых я не могу даже передать.
— Отсосы и групповуха.
— Спасибо, Сьюзен. Я знал, что на тебя можно положиться. Так или иначе, Мива грамотно распорядился деньгами, рано понял преимущества Интернета, отыскал кое-какие омерзительные ниши, отточил технологическое совершенство, выправил положение — и стал мультимиллиардером. Так что, похоже, чутье твоего осведомителя не подвело. Нам надо определиться с тем, что делать, и только после этого начинать действовать.
— Я все поняла.
— А сейчас этот Мива поглощен выборами короля порнографии или чего-то в таком духе. Здесь все это есть. Ему нужно обязательно победить на этих выборах, добиться какого-то статуса. Он должен сделать что-то большое, чтобы к нему гурьбой потянулся простой люд.
Сьюзен лишь едва заметно усмехнулась. Ник получил все это еще неделю назад. Он опередил провидцев из Лэнгли на целых семь дней.
— Если Мива добьется победы, следующим шагом станет вручение ему ордена Хризантемы первой степени, высшей награды, которой в Японии может быть удостоено гражданское лицо. Его лоббисты уже несколько месяцев протаскивают через парламент соответствующий закон.
А вот это уже что-то новенькое.
— Тем самым Мива немедленно получит легитимность, это даст ему безграничное влияние, откроет перед ним все двери. А он — агент Северной Кореи. Он сможет сделать для своих хозяев то, о чем те даже не мечтали. И это затронет не только японцев, но и нас.
— Японцы об этом знают?
— Нет. Один из наших источников находится в Северной Корее, и если мы расскажем японцам о Миве, они поймут, что у нас в Пхеньяне есть «ухо». А потом, может быть, кто-то узнает об этом уже от них. Понимаешь?
— Конечно.
— Сьюзен, забудь о своей ошибке насчет Свэггера и оставь все в прошлом. Эта задача потребует от тебя максимума изобретательности и воображения. Отныне она становится твоим абсолютным приоритетом: ты должна срочно придумать, как пустить Миву под откос, однако сделать это нужно будет так, чтобы к нам не вело никаких следов. Мы должны остаться в стороне, чистыми. Но это должно произойти до того, как Мива провернет свой рекламный трюк и получит награду из рук императора. Тебе предстоит раскопать что-то такое, о существовании чего, скорее всего, не подозревают даже сами японцы. Сделать это будет непросто, однако, Сьюзен, ты должна это сделать. От этого зависят твоя и моя головы.
— Каковы временные рамки? — спросила Сьюзен.
— Ну, примерно неделя тебе понадобится, чтобы осмотреться на месте и найти источники, еще одна уйдет на разработку плана, потом нужно будет согласовать его с начальством, и только потом можно будет приступить к выполнению. У тебя есть по крайней мере три месяца. Но не больше. Я понимаю, это трудно, но иногда нам приходится решать трудные задачи.
— Хорошо, — сказала Сьюзен. — Предположим, я решу этот вопрос… скажем, сегодня к половине пятого?
— Что? Сьюзен, это не шутка. Ты даже не…
— Дуг, разве похоже, что я шучу?
— Я… а не слишком ли ты самоуверенная?
— Ты так считаешь? Дуг, следующей весной тебя должны отозвать в Лэнгли. А на твое место пришлют какого-нибудь очередного варяга, который ни хрена не смыслит в наших делах.
— Сьюзен, ты меня обижаешь.
— Дуг, сам подумай. Ничего личного, но мне так надоело подчиняться дилетантам! Итак, сегодня, половина пятого. Хорошо, Дуг? А уже в половине шестого ты отправишь в Лэнгли первую из многих, очень многих телеграмм, в которой расхвалишь меня, рекомендуя на должность следующего главы отделения вместо всех твоих дружков-пердунов. Договорились?
— Ты хоть понимаешь…
— Договорились?
На самом деле сообщение о смерти Юичи Мивы вследствие «естественных причин» поступило в 15.25. Сьюзен уложилась в отведенный срок с запасом в час и пять минут.
Он очнулся на вторые сутки и еще двое лежал, получая жизненные силы только из капельницы над головой. Проваливаясь в бессознательное состояние и снова всплывая, он чувствовал, что многие части его тела покрыты бинтами, видел потолок, видел время от времени кого-нибудь из медперсонала, отмечал медленное течение времени.
