Падаем на пол рубки как подкошенные. В нас попали сразу. Снаряды влепились в «Варяг». Мощный взрывы, ещё, грохот, чьи-то крики, пули начали бить по рубке, посыпались стёкла, снова кто-то кричит.
Отчётливо слышу, как выстрелили наши пушки, как начали работать «Грады». По нам стреляют и стреляют из пулемётов.
— Валите отсюда – орёт нам Риф хватаясь за микрофон внутрикорабельной связи.
Вон вижу лежащие на полу тела двух, нет трёх матросов, двое убиты точно, третий стонет и держится за грудь, на руках кровь.
— Трюмные и машинное, доклад – кричит в микрофон Риф.
Бах, ещё попадание, корпус Варяга дрожит, но ход вроде не потеряли. Нас расстреливают как в тире. Где-то там слышны взрывы, мы тоже стреляем из всего что есть. Работу наших зениток и градов мы слышим очень хорошо, ещё раз выстрелили пушки, потом по нам снова попали, снова всё заволокло дымом и на нас посыпалась всякая хрень в виде стёкол и мебели, которая тут была.
Ползём с Туманом к выходу из рубки, ползём мимо погибших матросов. Первый, труп, второй, труп.
— Хватаем этого – ору Туману пытаясь перекричать грохот выстрелов.
Матрос ранен, сильно, хватаем его с Туманом за руки.
— Держись – орёт ему Туман.
— Туда – показываю на ведущий вниз трап.
Выходить сейчас на палубу – это смерти подобно.
— Течь по левому борту – слышим голос.
— Двигатели работают на полную мощность – докладывает второй – но нас потихоньку начинает заливать.
— Экипажу приступить к борьбе за живучесть – кричит в микрофон Риф.
Бах, ещё одно попадание.
— Вот же млять попали – шиплю я, таща на себя матроса – как жопой чуял.
Стаскиваем его вниз, аптечек у нас с собой нет. Срываю с себя лёгкую куртку, скомкиваю и прикладываю её к груди этого матроса. Снова взрыв. Большую железную дверь, ведущую на палубу, срывает с петель. Накрываем друг друга с Туманом и этого раненого как можем. Топот ног. Снаружи ад, там пальба до небес.
— Потеряем ход, нам хана – ору на диком адреналине.
Как будто Туман и сам этого не знает.
— Где Слива? – орёт он мне в ответ, снова схватив матроса и потащив его по коридору.
— Я-то откуда знаю.
— Мужики, помогите.
Поворачиваюсь и вижу, как другой матрос пытается затащить в другую открытую дверь раненого. Бросаюсь к нему. По палубе гуляет свинцовый смерч, хватаем вдвоём раненого и рывком затаскиваем внутрь.
— Куда, куда он ранен? – орёт подбежавший Туман.
Матрос весь чёрный от копоти, вроде вон на голове кровь и большая шишка на лбу.
— Никуда – кричит матрос – его приложило о переборку.
— Что там? – спрашивает Туман кивая на палубу.
— Жопа, попали в ловушку. Из «Градов» только один раз выстрелить успели, накрыли корабль справа, он ход потерял, по второму не успели, накрыли уже нас. Они сволочи как знали куда бить. Носовая башня вместе с расчётом уничтожена, кормовая ещё держится.
Твою мать. Словно в подтверждение его слов мы услышали, как выстрелила наша кормовая пушка, зенитки ещё работают.
— В лазарет их быстро.
Туда-сюда бегают матросы, по громкой связи то и дело отдаются команды. В коридорах отчётливо пахнет сгоревшей проводкой, дымом, пластиком. Вон видим, как что-то горит и двое матросов с огнетушителей пытаются потушить огонь. Ещё двое тащат здорового матроса без сознания и тоже в лазарет, у здоровяка нет левой ноги выше колена и обрубок перетянут жгутом.
Втроём затаскиваем этих двоих матросов в лазарет, тут уже человек 10 раненых, около них суетиться корабельный Док и двое его помощников, их халаты в крови и грязи. Раненых всё несут и несут.
Если ещё вчера в этом боксе пахло медицинскими препаратами и была стерильная чистота, то сейчас тут пахнет потом и грязью. Вижу, как лежащий на койке матрос с перевязанной грудью бинтами, сквозь которые проступила кровь резко дёрнулся и затих, всё, умер.
— Куда их? – орёт Туман увидав, что все койки и места заняты – у этого пуля в груди – тычет в нашего, которого мы вытащили из рубки – у этого походу сильное сотрясение.
— Сюда кладите – орёт Док показав на пол быстро обернувшись к нам.
Снова воет внутрикорабельная сирена, тут раз, что-то громко хлопнуло, из щитка на стене посыпались искры, успеваю накрыть собой лежащего на кушетке другого матроса, лампочки под потолком пару раз мигнули, две взорвались, но освещение есть, сирена заткнулась.
— Этот умер – кричит помощник Дока.
— Этот тоже – добавляет второй.
— Вы быстро – снова оборачивается к нам Док – вынесите трупы отсюда, кладите в коридоре за угол друг на друга, раненым нужны места.
Делать нечего, хватаем с Туманом сначала одного и тащим его на выход. Нам помогают ещё матросы, толкотня, крики и стоны раненых. За угол, вон тут уже труп лежит, тоже матрос, парнишка лет 20-25, кладём наш труп рядом с ним, бегом назад в лазарет.
— Где Слива? – снова кричит Туман.
