Капрал молчал. Так прошло несколько неприятных секунд. Стекла противогаза злобно отражали солнечный свет. Меня подмывало сорвать маску и плюнуть капралу в физиономию.
— Хочешь, чтобы он остался?
— Я хочу, чтобы он был со мной, — поправила я капрала. — В автобусе или здесь. Где угодно, но он останется со мной.
— Нет, Кэсси, — сказал папа.
Сэмми заплакал. Он понял: папа и военный дядя против нас с ним. И нам не победить.
— Хорошо, он может остаться, — сказал капрал. — Но в таком случае мы не гарантируем его безопасность.
— Да неужели? — прокричала я в его насекомью морду. — А чью безопасность вы вообще способны гарантировать?
— Кэсси… — начал папа.
— Ни хрена вы не можете гарантировать! — орала я.
Капрал проигнорировал мои крики.
— Вам решать, сэр, — сказал он.
— Папа! — сказала я. — Ты слышал — Сэмми может остаться с нами.
Папа закусил нижнюю губу, потом поднял голову и почесал подбородок, его глаза смотрели в пустое небо. Он думал о дронах, о том, что знал, и о том, чего не знал. Он прикидывал шансы, просчитывал возможности и не обращал внимания на слабый голосок, который просил из глубин подсознания: «Не отпускай его!»
И папа, конечно, принял самое разумное решение. Он был разумным взрослым человеком, а разумные взрослые всегда поступают именно так.
Они принимают разумные решения.
— Ты права, Кэсси, — в конце концов сказал папа. — Они не могут гарантировать безопасность… никто не может. Но некоторые места менее опасны, чем другие. — После этого папа взял Сэмми за руку. — Идем, парень.
— Нет! — закричал Сэмми, слезы ручьями текли по его красным щекам. — Не пойду без Кэсси!
— Кэсси приедет, — сказал папа. — Мы вместе сразу приедем за тобой.
— Я буду его защищать! Буду за ним приглядывать! Не позволю, чтобы с ним что-нибудь случилось! — уговаривала я папу. — Они же еще вернутся за нами! Мы просто подождем их здесь.
Я потянула папу за рубашку и сделала умоляющее лицо. Это всегда помогало мне добиться желаемого.
— Пожалуйста, папочка, не делай этого. Это неправильно. Мы не должны разлучаться, мы должны держаться вместе.
Мои мольбы остались без ответа. Лицо папы снова стало суровым.
— Кэсси, скажи своему брату, что все будет хорошо.
Я так и сделала. После того как сказала себе. Сначала я сказала себе, что надо доверять папе, доверять правительству. Надо верить в то, что иные не превратят в пепел школьные автобусы с детьми. Надо верить в то, что вера не исчезнет, как исчезли компьютеры, попкорн и голливудские фильмы, где в финале подонки с планеты Ксеркон терпят сокрушительное поражение.
Я опустилась на колени перед братиком.
— Ты должен поехать, Сэмс, — сказала я.
Сэмми выпятил пухлую нижнюю губу и прижал к груди мишку.
— Кэсси, а кто будет обнимать тебя, когда ты испугаешься?
Сэмми был совершенно серьезен, у него даже появилась морщинка между бровей, совсем как у папы. Я чуть не рассмеялась.
— Я больше ничего не боюсь. И ты не должен бояться. Нас нашли военные, они позаботятся, чтобы с нами ничего не случилось. — Я подняла голову и посмотрела на капрала Бранча. — Правильно?
— Правильно.
— Он похож на Дарта Вейдера, — шепотом сказал мне Сэмми. — И голос такой же.
— Ага. Но ведь ты помнишь, что случилось с Вейдером? В конце он стал хорошим парнем.
— Только сначала взорвал целую планету и убил много людей.
Я не могла не рассмеяться. Какой же наш Сэмми умница. Иногда мне казалось, что он умнее меня и папы вместе взятых.
— Ты приедешь, Кэсси?
— Можешь не сомневаться.
— Обещаешь?
Я пообещала. Приеду. Приеду, что бы ни случилось.
Это все, что он хотел услышать.
Сэмми протянул мне своего мишку.
— Сэмс?
— Будет с тобой, когда испугаешься. Ты его не бросай. — Сэмми поднял пальчик, чтобы подчеркнуть важность своих слов. — Не забудь свое обещание. — Сэмми протянул руку капралу. — Веди меня, Вейдер!
Рука в перчатке поглотила пухленькую ладошку Сэмми. Первая ступенька была слишком высока для его роста. Когда Сэмми забрался по лесенке и появился в проходе, дети завизжали от радости и захлопали в ладоши.
Мой брат был последним пассажиром. Двери закрылись. Папа попытался меня обнять, я шагнула в сторону. Заурчал двигатель, пшикнули пневматические тормоза.
А еще было лицо Сэмми у залапанного стекла и его улыбка. Желтый X-крылый истребитель набрал сверхсветовую скорость и унес его в далекую галактику, остался только след из клубящейся пыли.
— Идемте, сэр, — вежливо сказал капрал, и мы пошли за ним обратно в лагерь.
Два «хамви» эскортировали школьные автобусы в Райт-Паттерсон, остальные стояли «мордами» к баракам и складу. Дула смотрели в землю, словно пулеметные установки были головами каких-то дремлющих металлических существ.
В лагере было пусто. Все, даже военные, ушли в барак.
Все, кроме одного.
Когда мы вошли на территорию лагеря, из складского сарая к нам навстречу вышел Хатчфилд. Не знаю, что сияло ярче — его бритая голова или улыбка до ушей.
— Великолепно, Салливан! — торжествующе пробасил он. — А ты еще хотел смотать удочки после первого дрона.
— Похоже, я ошибался. — Папа натянуто улыбнулся.
