«Я приду. Я обещаю».
Прихожу в себя там, где все началось, — на койке в госпитале. Мне наложили повязку и обкололи болеутоляющими. Круг замкнулся.
Требуется несколько минут, чтобы понять: я тут не один. — Кто-то сидит на стуле за капельницей. Поворачиваю голову и первое, что вижу, — черные, начищенные до зеркального блеска ботинки. Безупречно отглаженная накрахмаленная форма. Лицо словно высечено из камня, голубые глаза просвечивают до самых потрохов.
— Ну вот ты и очнулся, — тихо произносит Вош. — Может, еще не совсем здоров, зато в полной безопасности. Врачи говорят, тебе очень повезло, мог бы и не выкарабкаться. Жизненно важные органы не задеты, пуля прошла навылет. Это действительно фантастика, если учесть, с какого расстояния в тебя стреляли.
«Что ты ему скажешь?»
«Скажу правду».
— Это Рингер, — говорю я.
Полковник склоняет голову набок, так он напоминает мне птицу с умными глазами, которая разглядывает какой-нибудь лакомый кусочек.
— И почему же рядовой Рингер стреляла в тебя, Бен?
«Ты не можешь сказать ему правду».
«Ладно. Плевать на правду. Выдам факты».
— Из-за Резника.
— Из-за Резника?
— Сэр, рядовой Рингер стреляла в меня, потому что я оправдывал присутствие Резника.
— А почему тебе понадобилось оправдывать присутствие Резника, сержант?
Полковник закидывает ногу на ногу и сцепляет руки на колене. Очень непросто сохранять с ним зрительный контакт дольше трех-четырех секунд.
— Они взбунтовались, сэр. Ну, не все. Кремень и Рингер… и Чашка. Но начала все Рингер. Они сказали, присутствие Резника доказывает, что все это было обманом, что вы…
Вош разводит руками и переспрашивает:
— Все это?
— Лагерь, инвазированные, подготовка к войне с пришельцами. Они говорили, это пришельцы натаскивают нас, чтобы мы убивали друг друга.
Полковник молчит. Не смеется, не улыбается, не качает головой. Жаль. Если бы он как-нибудь так среагировал, я бы мог засомневаться, попробовал бы все еще раз переосмыслить и, возможно, решил бы, что у меня паранойя или истерия после боя.
Но Вош просто смотрит на меня глазами умной птицы, и его лицо при этом абсолютно ничего не выражает.
— И эта теория заговора не заронила в тебя ни капли сомнений?
Я киваю. Надеюсь, это получается у меня убедительно.
— Они превратились в Дороти, сэр. Настроили против меня всю группу. — Тут я улыбаюсь, надеясь, что улыбка получается мрачная, как у реального крутого солдата. — Но сначала я успел вырубить Кремня.
— Мы обнаружили его тело, — говорит Вош. — В него, как и в тебя, стреляли с очень близкого расстояния. Только анатомически немного выше.
«Зомби, ты уверен, что так надо? Зачем стрелять ему в голову?»
«Они не могут знать, что его уничтожили нажатием кнопки. Выстрел в голову — и нет улики. Рингер, отойди в сторону. Ты же знаешь, я не самый меткий стрелок в этом мире».
— Надо было их всех уничтожить, но численное преимущество оказалось не на моей стороне. Я решил, что лучше вернуться на базу и доложить о случившемся.
И снова Вош никак не реагирует, ни словом, ни жестом. Он просто сидит и смотрит на меня.
«Кто ты? — думаю я. — Человек? Гад? Или… что-то еще? — Проклятье, кто же ты такой?»
— Знаешь, а они исчезли, — наконец говорит он.
Вош ждет, что я отвечу. К счастью, я заготовил ответ. Вернее, это Рингер заготовила. Тут надо отдать ей должное.
— Вырезали свои имплантаты.
— У тебя он тоже вырезан, — замечает Вош и ждет.
Я вижу, как за его плечом ходят вдоль кроватей санитары в зеленой униформе, слышу, как скрипят по линолеуму их тапки на резиновой подошве. Обычный день в госпитале обреченных.
Я готов ответить.
— Я им подыграл. Чтобы дождаться подходящего момента. Дамбо сначала вырезал имплантат у меня, следующей была Рингер. Тогда я перешел к действиям.
— Застрелил Кремня…
— А Рингер выстрелила в меня.
— И после этого…
Теперь он скрестил руки на груди. Опустил подбородок. Прикрыл глаза и смотрит на меня, как хищная птица на свой ужин.
— Я побежал, сэр.
«То есть я могу снять Резника в темноте, когда валит снег, а в тебя с двух футов попасть не способна? Зомби, он на это не купится».
«Я не собираюсь ему это продавать. Просто дам напрокат на несколько часов».
Вош кашляет и чешет подбородок. Какое-то время разглядывает плитку на потолке, а потом снова смотрит на меня.
— Ты просто счастливчик, Бен. Мог умереть от потери крови, но все-таки успел добраться до места встречи.
«Да, кто бы ты ни был, ты прав. Мне чертовски повезло».
Гробовая тишина. Голубые глаза. Жесткий рот. Скрещенные на груди руки.
— Ты не все мне рассказал.
— Сэр?
— Кое-что ты упустил.
Я медленно качаю головой. Палата кренится, как корабль во время шторма. Сколько обезболивающего они мне вкололи?
— Ваш бывший инструктор. Кто-то из твоей группы обыскал его. И нашел вот такой планшет. — Вош демонстрирует мне серебристый прибор, в точности как у Резника. — Ты, командир группы, должен был задуматься о том, зачем у Резника устройство, с помощью которого он может уничтожить вас всех одним нажатием кнопки.
Я киваю. Мы с Рингер сообразили, что он к этому придет, так что ответ у меня есть. Вопрос в том, устроит он Воша или нет.
