— Алекс… — пробормотал он, притягивая меня в очередном поцелуе. Я уже и сама с трудом держалась. Наверное, с этой затеей всё же переборщила. Хотела его немного подразнить, а разбудила спящего дракона. Или, быть может, это его Феникс сгорел и возродился такой голодный. Надо будет в обычном состоянии его проверить. Ещё и Чень с ним спит в одном номере. Надо срочно что-то придумать.
Вырвалась, слегка треснув его по лбу. Строго сказала:
— Жди тут, я сейчас вернусь.
Вышла из кустов, отряхиваясь, и тут на моё везение за этим занятием меня застала Лилу и тот самый, кого я искала.
— Алекс, что случилось? — спросила моя подруга, пытаясь обойти.
— Нет… Нет, стой! Там, уверяю тебя, ничего интересного! И ещё, если ты увидишь, твои глаза могут сгореть! Когда Феникс возрождается, очень опасно находиться рядом. Взгляни на меня. Показала на свой помятый растрёпанный вид, приводя наглядные доказательства.
Чень побледнел было. Но я его так же резко остановила, гаркнув:
— Твои глазки тем более! Стоять, я сказала! Если хочешь, чтобы драгоценный гендиректор остался жив, ночуй сегодня у меня в номере с Лилу. Ты понял?
Они переглянулись, ну я же видела, что радостно! Добавила строго для острастки:
— И не смейте мне перечить! Фэн сейчас у меня в заложниках, не будете слушаться, он вас прибьёт, когда очнётся. Ой, то есть когда выберется. Что я говорю…
Из кустов раздался стон:
— Я тебя убью…
— Слышали? Всё, проваливайте и никому ни слова.
Они закивали, и Лилу утащила менеджера Юня за собой.
— Ну выходи, хватит там валяться.
Тишина.
Наверное, надо что-то предпринять, а то умрёт чего доброго! Нырнула обратно в кусты.
Алекс
Опять слышу голос издалека.
— Алекс!
Если кто-то зовет меня утром, ничего хорошего это не предвещает.
— Что ты сделала, Алекс?!
— Папа, это была не я! — ответила на автомате.
— О небеса! Алекс, проснись же! Вчера между нами что-то было?
Не открывая глаз, пробурчала:
— Врачебные тайны разглашают только близким родственникам или опекунам.
“Что я сделала? Намучилась с тобой, вот что сделала. Головную боль себе сделала!”
— Ах, как болит! — Застонала.
— Что болит? — обеспокоено тряс меня Фэн.
— Поясница! Ты такой тяжелый.
— Я тяжелый? — Он замолчал в ужасе, а я, воспользовавшись моментом, разглядывала его лицо. Наконец-то в себя пришел. Я по-настоящему испугалась ночью.
— Больше нигде не болит? — Он был сильно обеспокоен, но все же прижал одеяло к груди, прикрывшись.
— Нет, все остальное было приятно. — Оскалилась, наслаждаясь его ступором. Спать с ним было и правда приятно, спокойно и тепло.
— У нас что-то было?
— Досадно, что ты ничего не помнишь. А обещал мне и нашей будущей тройне верность до конца своих дней.
На этом потрясений Фэн не выдержал и упал лицом в подушку.
— Можешь поблагодарить меня за то, что это было бы у тебя со мной, а не с менеджером Юном.
Но тут, согласна, было спорно! Тройню Чень бы не смог ему подарить.
Он закричал в подушку в отчаянии.
Мы проснулись оба обнаженными. Я еще ночью старательно сняла с нас обоих всю одежду для достоверности момента. Как же я вчера устала тащить его. Но это того стоило. Реакция Фэна просто неподражаема. Теперь он совсем запутался в моей паутине. Сделает, как я хочу. Он в моей власти. Приторно сладко от этого и восторженно весело.
Фэн
На презентации разработки продуктов общего спроса я неоспоримо завис, переставая обращать внимания на внешние раздражители.
Белые простыни, светлые пряди волос, ее нежно-розовая кожа и небесные глаза. Все в ней было прекрасно. Четыре красавицы, спутницы императоров, не могли бы соревноваться с ней в женской красоте. Возможно, изяществом Алекс бы уступила им, но не своей первобытной женской властной красотой. Ничего не важно, когда ты просыпаешься с такой женщиной утром. Все на свете соглашения юридически теряют силу и отправляются на костер Суйженя*. *(Мудрец, подаривший людям огонь. Китайская мифология.)
В этот священный миг безразлично, что было вчера и что будет после. Неважно ровно до того момента, пока она не начинает говорить.
— Ваш кофе, гендиректор.
Ее голос грубо вырвал меня из мыслей о ней же. Кровь прилила к лицу, как будто она застала меня за этим неприличным занятием.
— Я не просил… — Ответил так робко, будто это я был сейчас ее помощником.
— Заметила, вы не можете сосредоточиться сегодня! — Ткань ее рубашки показалась мне слишком тонкой, не в пример моим ставшим тесными брюкам.
— Вы очень внимательны, Алекс. Зайдите ко мне после собрания, пожалуйста, нам есть что обсудить.
— Боюсь, я буду очень занята.
Мозг выпал в осадок от такого ответа. Еще и при полной комнате подчиненных.
— Чем?
“Чем может быть занят мой помощник помимо меня?!”
— Постигаю азы четырех элементов в мироустройстве китайской мифологии, ваше начальничество.
Собрание сразу оживилось, присутствовавшие зашептались, навострив ушки. Я же должен был сейчас ее отругать. Только, боюсь, все бесполезно, от ее вида я даже из-за стола встать не мог. Да и на Алекс это совсем не действовало. Прочувствовал это на своем печальном опыте и решил зайти с другой стороны.