Во многом его мировоззрение определялось общими настроениями, царившими в космополитичной и толерантной Вене (об этом говорит хотя бы тот факт, что именно в столице Австро-Венгрии развивался психоанализ – скандальное по тем временам учение, утверждавшее главенствующую роль сексуальности в жизни человека). В конце XIX – начале XX века Вена была одним из европейских центров модернизма – новейшего направления в искусстве, отмеченного печатью упадка, декаданса, вычурностью форм и туманностью содержания. Всю духовную жизнь тех лет пронизывало неотвязное и болезненное предчувствие смерти, которое определяло ведущее настроение литературы. Писатели утверждали бессилие человека перед судьбой, изображая его безвольной игрушкой обстоятельств, рабом рока.
Молодой Цвейг, только начинавший входить в литературу, испытал сильное воздействие модернизма. Опубликованный им в 1901 г. сборник стихов «Серебряные струны» нес в себе мотивы одиночества и жестокой любви, смешанные с восторженным преклонением перед «чистой» красотой; меланхолические раздумья над тщетой жизни и бренностью мира. За спиной у него была гимназия с ее казенным режимом, тайное чтение запретных стихов Поля Верлена и Артюра Рембо[47] – столпов французского символизма; начало учебы в университете, увлечение романами Августа Стриндберга, Эмиля Золя, импрессионизмом, театром, где шли пьесы Генрика Ибсена, звучала музыка Клода Дебюсси и Мориса Равеля.
Цвейг очень рано ощутил литературу как жизненное призвание, но как писатель нашел себя не сразу. Довольно скоро он понял, что каноны модернизма сковывают и тормозят его творческое развитие. Особую роль в этом сыграло знакомство с русской литературой, прежде всего с романами Ф. М. Достоевского. Они потрясли Цвейга и сделали его одним из самых ярых поклонников русского романиста на Западе. Многие новеллы Цвейга написаны под воздействием Достоевского, точнее, проповедуемого писателем культа страдания и тезиса о невозможности устранить «бесовское» начало в человеке иным путем, кроме пути смирения и приятия земного горя как непреложности.
Идеи Достоевского не противоречили мировоззрению Цвейга, его вере в европейский прогресс и либеральную демократию, а спокойно уживались с ним. Проникаясь любовью и состраданием к малым мира сего, австрийский писатель выступал против «извечного» Зла во имя «извечной» же Справедливости. Особенно ярко эти идеи Цвейга обнаруживаются в его стихотворной трагедии «Терсит» (1907) на античную тему, где, впрочем, колорит античности сохранился только в именах действующих лиц. Трагедия утверждает право униженных и оскорбленных на счастье и сострадание, в которых им отказали жизнь и люди.
В это время Цвейг совершает несколько продолжительных путешествий по странам Западной Европы, в Индию, Индокитай и переходит от поэзии к прозе. В 1911 г. писатель опубликовал сборник новелл «Первые переживания», главными героями которых стали дети, именно их глазами писатель смотрит на окружающую действительность. Дети обнаруживают, что мир родителей не так уж и хорош, что многие поступки взрослых прямо противоречат тем словам, которые они произносят. Цвейг как бы проверяет истинную ценность мира, на первый взгляд пристойного и благополучного, в который рано или поздно войдут его герои.
Люди в его новеллах разобщены, они почти не знают душевной близости; каждый прячет свои внутренние переживания и чувства, и лишь эгоистическая сторона их натур раскрывается легко, внося в людские отношения неискренность. Но Цвейг, тем не менее, верил, что страдание и отчужденность могут быть преодолены милосердием человека к человеку, что добро в конце концов восторжествует. Писатель уделял огромное внимание проникновению в суть психологических переживаний своих персонажей, стараясь отыскать мотивы поведения и поступков героев в реалиях жизни.
Далекий от политики, Цвейг испытал настоящее потрясение осенью 1914 г., когда началась Первая мировая война. Она нанесла серьезный удар по мировосприятию писателя, которого пугал воинствующий немецкий национализм, идея завоевания мира и покорения народов германской цивилизацией. Рушились его идеалы, вера в единство народов, в гуманизм и либеральную демократию.
Цвейг, будучи убежденным пацифистом, всеми силами пытался уклониться от военной службы. Он по знакомству был зачислен офицером на архивно-библиотечную должность в Вене. Единственная поездка в сторону фронта состоялась в 1915 г., когда Цвейг был командирован в Галицию, только что очищенную от российских войск, для сбора плакатов и листовок на русском языке. Работа была несложной: на каждой украинской станции местные жители приносили к его вагону охапки русских плакатов, за что получали небольшую плату.
