В своей Закавказской общине он ввел «хождение в духе» — пляски в молитвенном собрании, сопровождающиеся подпрыгиванием. Рудометкин называл себя «Христом», пророком над пророками. У подножья горы Арарат лидер прыгунов «венчался на царство». Его последователи до сих пор называют себя максимистами. Прыгуны практикуют мистические «радения» и признают пророков, которые в момент «сошествия Святого Духа» разражаются потоком неконтролируемой и непонятной окружающим речи. Кроме того, эти радикальные молокане отказываются от официального брака; как правило, не употребляют в пищу мясо. На собраниях скачут, хлопают в ладоши, кричат хором, сопят друг на друга (это делается на основании одного из псалмов: «Окропи меня иссопом, и я буду чист»).
Отмечают сапуны (так еще называют прыгунов) иудейские праздники. Прыгуны ждут всадника на белом коне, который поведет их в Новый Иерусалим, или Сион. С самого начала своего существования секта прыгунов подвергалась жестоким преследованиям. Соколов и Рудометкин были заключены в тюрьму, а после убиты.
Наиболее богатые молокане объединились в секту постоянных. В глазах правительства эта секта была не очень опасной. Среди постоянных были зажиточные крестьяне, купцы, фабриканты и т. д. В поисках компромисса с церковью и властью еще дальше постоянных пошли приверженцы так называемого молоканства донского толка. Эти сектанты признали ряд православных молитв, обряды водного крещения и причащения.
В начале XX века молокан в России было уже полмиллиона.
После революции духовные христиане пытаются создать единую молоканскую организацию. В 1920 г. проходит I всесоюзный съезд молокан. В 1921 г. молокане организовали Союз Духовных Христиан-молокан, который просуществовал до 30-х годов.
Интересно, что сектанты стремились сотрудничать с различными направлениями духовного христианства в стране и с многочисленными сектами во всем мире — Армией спасения, квакерами и т. д. Советская власть относилась изначально к сектантам достаточно терпимо. Вот, например, выдержка из Постановления XIII съезда РКП(б): «Особо внимательное отношение необходимо к сектантам, из которых многие подвергались жесточайшим преследованиям со стороны царизма и в среде которых замечается много активности. Умелым подходом надо добиться того, чтобы направить в русло советской работы имеющиеся среди сектантов значительные хозяйственные культурные элементы». При этом совершенно не подразумевались гонения на сектантов по религиозным соображениям.
В 1991 г. молокане создали Союз общин Духовных Христиан-молокан, в котором предполагалось объединить общины молокан всех направлений. В настоящее время в Союз входят в основном постоянные молокане. Единства среди сектантов нет. Так, в 1994 г. в с. Кочубеевском Ставропольского края был образован еще один самостоятельный Союз общин Духовных Христиан-молокан России. Молокане издают несколько печатных органов — журналы «Вестник Духовных Христиан-молокан», «Млечный путь», «Слово веры» и др.
Общая численность молокан в конце XX века составляла 300 тысяч человек, рассеянных по всему миру. В США около 20 тысяч человек «этнически идентифицируют себя как молокане», большинство из них живет в окрестностях Лос-Анджелеса и Сан-Франциско. Общины молокан есть в Армении, Мексике и Австралии. В России около 150 молоканских общин: в основном на юге страны. В 1990-х годах много молокан переехало из Закавказья в Ставропольский и Краснодарский края, в Сальские степи (Ростовская область), на юг Тульской области.
Как и многие секты, сложившиеся еще в старой России, молоканские общины не занимаются активной миссионерской деятельностью. Свою веру духовные христиане (они же веденцы и сионцы) передают по наследству. На юге России, в Армении и Азербайджане есть ряд молоканских сел, все жители которых придерживаются дедовской веры. По свидетельству соседей, молокане «не похожи на обычных русских — любят работать и не любят грязи». Молокане крайне негативно относятся к пьянству, зачастую скептически — к светской литературе.
Семьи сектантов многодетны. Браки с людьми, не принадлежащими к секте, не приветствуются. К таким смешанным парам старцы могут не пойти детей «кстить» (т. е. крестить). Сам этот обряд имеет очень мало общего с традиционным крещением. Так что брак «на сторону» возможен только ценой полного выпадения из общины. Случаи подобного отступничества, впрочем, не так уж редки. Не поощряется и развод.
Языком молитв, религиозных песнопений и священных текстов даже в тех местах, где молокане говорят по-английски (как в Австралии и США), остается только русский. Сектанты в речи не используют мата и канцеляризмов. Среди молокан до сих пор чрезвычайно распространены фамилии Уклеин и Рудометкин.
