Рыдая в свой жилет исподтишкамы умираем как больные зверии ощущаем в тусклой атмосферепоспешное дыханье сквозняка;весенний ветер хлопает дверьмиразбив сервиз из тонкого фарфорачто мы хранили будучи детьмии сохранили избежав позорав ушах крепчает соловьиный свистприрода смотрит умными глазамикак у подъезда ждет тебя таксисти курит «шипку» долгими часами.«Он курит «шипку» долгими часами…»
Он курит «шипку» долгими часамиглядит в окно с разводами дождягде в сотый раз перед его глазамивстает портрет забытого вождяего лицо в потеках аквареликак будто плачет и сходя на нетуходит за разлапистые еливстречая в хвое огненный рассветоно искрится возгораясь вспышкойкогда прощаясь с близким и роднымты видишь свет над лагерною вышкойи веришь тусклым знакам водяным.«Я свято верю знакам водяным…»
Я свято верю знакам водянымя предан симпатическим черниламя прислоняюсь к скважинам двернымчтоб видеть тело что мне было милымего мне почему-то не хватаетхотя мила любая божья дщерьно хлопнет дверь и сладкий миг растаеткак избежать иллюзий и потерькак не сойти от похоти с умаи жить не на кордоне а в столицевокруг стоит египетская тьмано ярко светит розочка в петлице.«Как ярко светит розочка в петлице…»
Как ярко светит розочка в петлицев ней множество восторгов и огнейа кабачки взращенные в теплицепохожи на упитанных свинейони кряхтя толкаются бокамибарахтаясь в питательном дерьмепопробуйте не пользуясь рукамиобнять свою любимую во тьмебез рук нельзя влепить пяток пощечини собирать цветы в конце концовпуть пройден срок хранения просроченкак у соленых в бочке огурцов.«Как у соленых в бочке огурцов…»
Как у соленых в бочке огурцов у лягушат пупыристая кожане знаю как мне сделаться моложекак избежать царапин и рубцовобъектом для насмешек подлецовмне суждено служить на брачном ложешептать смущенно милому ‘о боже’иван-царевич позови гонцовпусть жемчуга приносят и песцов что хороши к моей болотной роже чтобы меня загадочную тоженарисовал художник васнецов.«Нарисовал художник васнецов…»
Нарисовал художник васнецовтрех рыцарей стоящих на распутьеон их глаза наполнил мутной ртутьючтоб им придать серьезность мудрецови всадники задумались в седлежеманно будто мертвые царевныдля них герои шипки или плевныпоставили три рюмки на столедожди смывают кровь с густых полейи рожь как кудри девы колоситсяи в желтых нивах желтая лисицастановится наглее и наглей.«Становится наглее и наглей…»