Шотландцы постарались на славу: несмотря на огромные размеры и обилие такелажа, корабль не выглядел перегруженным – наоборот, он поражал зрителей стройностью, а свою команду – надежностью. На таком корабле можно было отправляться куда угодно, хоть на край света.
Хозяева «Копенгагена» возложили на судно почетную миссию: на нем обучались морским премудростям кадеты – будущие офицеры датского флота. Но чтобы не бороздить океан зря, команде барка параллельно обучению кадетов поручили функции перевозчиков – возить грузы компании из одной страны в другую.
В октябре 1921 г. «Копенгаген» вышел в свой первый рейс: загрузившись в Антверпене, он пересек Атлантический океан, благополучно прошел мимо мыса Горн и прибыл в Сан-Франциско. Затем – Гонолулу, Владивосток, мыс Доброй Надежды и снова – Европа. Первое кругосветное путешествие заняло 404 дня, после чего барк получил самые лестные отзывы от капитана и всей команды и прочно встал в строй торговых судов. Служить на «Копенгагене» считалось верхом престижа.
Незаметно пролетели семь лет. Первые кадеты «Копенгагена» уже стали капитанами кораблей, а барк по-прежнему спокойно и уверенно бороздил океаны. 14 декабря 1928 г. под командованием Ганса Андерсена «Копенгаген» отправился в свой десятый по счету рейс.
Согласно плану судно должно было прибыть в австралийский порт Аделаида за пшеницей. Попутного груза не оказалось, и капитан Андерсен решил совершить «скоростной» учебный поход через южную часть Атлантики и Индийского океана в Австралию. Для этого нужно было спуститься к югу и идти в районе 42 и 43° градусов южной широты – в зоне «ревущих сороковых». Это решение было абсолютно правильным, ведь именно таким маршрутом ходили из Южной Америки в Австралию все парусные корабли. Непрекращающиеся западные ветры, постоянно дующие в корму, бодро гнали суда на восток. К тому же «Копенгаген» уже не раз следовал этим путем в Австралию. Даже с наглухо зарифленными парусами он показывал превосходную для парусника его класса скорость – 16 узлов. По самым пессимистическим расчетам, барк должен был прибыть в Аделаиду через полтора месяца.
Но ни через два месяца, ни через три «Копенгаген» в Австралии не объявился. Не было о нем слышно и в других портах. Огромный парусник и 59 человек команды растворились в океанских просторах…
Когда вышли все допустимые сроки, датчане забили тревогу. Было объявлено вознаграждение любому, кто укажет местонахождение пропавшего судна. Во все порты была разослана просьба: сообщить о возможных контактах с «Копенгагеном». Но на этот призыв откликнулись капитаны только двух судов – норвежского и английского пароходов. Оба заявили, что, проходя южную часть Атлантики, выходили на связь с датским барком. Это было 21 декабря, команда «Копенгагена» поздравила их с наступающим Рождеством и сообщила, что у них все в порядке. Больше сведений не поступало.
Еще на что-то надеясь, Восточно-Азиатская компания снарядила пароход «Дюкальен» для поисков пропавшего судна. «Дюкальен» должен был пройти маршрутом барка и все внимательно осмотреть. Даже если судно потерпело крушение, должно остаться хоть что-то: деревянные обломки мачт или корпуса, пятна солярки, разбитые шлюпки. Команда «Дюкальена» попутно обследовала лежавшие на пути острова Крозе и острова Принца Эдуарда. Они были необитаемы, но когда-то англичане построили здесь несколько домиков, где хранились запасы пищи и предметы первой необходимости – специально для потерпевших кораблекрушение. Но запасы оказались нетронутыми – «Дюкальен» вернулся ни с чем.
Карандашный рисунок корабля «Копенгаген»
Вскоре компания отправила на поиски еще одно судно – «Мексико». В его команду входили моряки, долгое время служившие на «Копенгагене», способные отличить его по малейшим останкам. И тут им, казалось, повезло: пожилой миссионер с острова Тристан-да-Кунья рассказал, что видел, как под Рождество огромный парусник со сломанными мачтами пронесся мимо его острова и скрылся где-то за рифами. Через несколько дней после этого туземцы выловили из воды пустой ящик и несколько досок. Миссионер предъявил морякам эти находки, но они вызвали сомнение – никто не мог утверждать, что эти предметы принадлежали «Копенгагену». Однако весть уже облетела весь мир, казалось, место гибели парусника обнаружено, но вскоре несколько туземцев, более-менее говоривших по-английски, поведали морякам, что старик уже давно сошел с ума и у парусника было не пять мачт, а четыре и все они были целые. Позже выяснилось, что это был четырехмачтовый финский барк «Понапе», который вовсе не терпел крушение, а подошел к островам уточнить свои координаты. А ящик и доски – просто случайные игрушки океана…
