По версии следствия, подрыв взрывного устройства произошел под электровозом ЧС200—010. В результате был вырван кусок рельса длиной более 50 см. Вследствие высокой скорости, состав миновал место разрыва, оставаясь на рельсах. Сход двух последних вагонов с рельсов произошел через 260 м в результате разрушения рельсового пути в месте схода. Хвостовой вагон находился в вертикальном положении правее железнодорожного пути на 10–15 м. Второй от хвоста вагон остановился от места схода еще через 130 м, находясь уже на боку на рельсошпальной решетке. Внешне этот вагон пострадал больше всех. Третий от хвоста вагон сошел с рельсов одной тележкой, но остался стоять на пути, от состава вагон не отцепился. Хвост состава остановился на расстоянии 750 м от предпоследнего вагона.
На месте происшествия обнаружена воронка диаметром около метра.
Согласно данным, опубликованным в СМИ, в момент крушения скорость поезда составляла 190 км/ч. Большинство из погибших пассажиров ехали в последнем вагоне поезда (под № 1). Первые десять вагонов не пострадали. Вагоны № 2, 3 и 4 завалились на бок, прислонившись к откосу. Вагон № 1 оторвался от состава, поднялся над рельсами, столкнулся с тремя бетонными опорами линии электропередачи и ударился в откос своей торцевой частью.
После подрыва «Невского экспресса» в 2009 г.
Именно этот удар, а не взрыв, по заключению судмедэкспертов, привел к массовым жертвам среди пассажиров.
К сожалению, кресла российского производства из стального каркаса 40 × 60 мм в вагонах «Невского экспресса» незадолго до происшествия были заменены на легкие конструкции из алюминия и пластика производства ФРГ. Очевидец, житель поселка Лыкошино, одним из первых прибывший на место происшествия, рассказывает: «Войдя в вагон через двери заднего тамбура и посветив фонарями внутрь, мы сначала не поняли, куда вообще попали. Вагон, не считая трех сдвоенных кресел у самой двери, был пустой, как комната перед ремонтом. Только приглядевшись, мы увидели, что вся его внутренняя начинка съехала в переднюю часть, образовав там плотноспрессованную кучу из кресел, багажа и человеческих тел. Эту массу мы и начали разгребать, вытаскивая из нее в первую очередь тех, кто еще стонал».
Электромеханик ОАО РЖД Сергей Васильев, дежуривший на тяговой подстанции, находившейся в 200 м от места происшествия так описывает происходившее: «Я слышал какой-то шум, но в силу своих обязанностей обратил внимание даже не на это, а на приборы – они отреагировали на обрыв проводов и падение напряжения. Стала срабатывать аппаратура, выбивать агрегаты. Я выбежал и вижу: вагоны разлетелись. Один под откос упал. Метрах в пятистах еще один. Из вагонов уже выбежали люди. Страшно было, темно, все кричат, плачут, никто не знает, что случилось и что делать. Раненые стонут, люди на глазах умирают. Ад был, не дай бог никому такое пережить. А мне уже диспетчер звонит: “166-й не появился на Угловке, что у вас случилось?” Я и говорю: “Вызывай “скорую” сколько сможешь и МЧС”. – “Что, что у вас?” – “Поезд с рельсов сошел”.
Там были крепкие парни. Я им сказал: вытаскивайте раненых. Открыл им подстанцию, чтоб не на дожде люди были. К приезду “скорой” у меня на подстанции был целый госпиталь – человек восемьдесят раненых. Кому успели, вкололи новокаин. Но он быстро кончился – у меня всего две пачки оказалось».
Председатель отдела по благотворительности Санкт-Петербургской епархии протоиерей Александр Степанов, ехавший в поезде, рассказывает:
«…экспресс резко затормозил. Я сидел лицом по ходу поезда и чуть не вылетел из сиденья, но успел схватиться за подлокотники. Ну, остановились и остановились… Мы даже шутили, что лось на пути вышел. Первое впечатление, что ничего особенного, хотя вроде кто-то видел вспышку в окне. И только потом стало ясно, что вспышка была от того, что сошедшие с рельсов вагоны срубили столбы и оборвали провода».
В 21:57, по данным МЧС РФ, на место были направлены первые спасатели и пожарные.
По данным газеты «Труд», уже через полчаса после крушения на место прибыл автомобиль «скорой помощи» из лечебно-исправительной колонии для больных туберкулезом, расположенной в поселке Михайловское Бологовского района Тверской области.
Первая бригада тюремных врачей скорой помощи приняла 30-летнего мужчину, который пытался выбраться из вагона самостоятельно, но его ногу зажало искореженным металлом. На месте ему ампутировали ногу. Еженедельник «Аргументы и факты» приводит слова очевидца:
«Они ему дали стакан спирта – как в войну, во фронтовых госпиталях, но парень все равно орал так, что взрослым мужикам дурно становилось».
По данным журналиста «АиФ», мужчина скончался по дороге в больницу от сильного кровотечения.
Утром на аэродром Хотилово (в 45 км от места происшествия) приземлился первый самолет Ил-76 с реанимационными автомобилями на борту. Для ликвидации последствий катастрофы МЧС задействовало два самолета Ил-76 (один с аэромобильным госпиталем, другой – с медицинскими модулями), вертолет БО-105, три вертолета Ми-8 и три БК-117.
