В XV–XVI вв. коммерческое и феодальное производство сахара было развито по всему Средиземноморью, а также в Западной и Восточной Африке, хотя в Северной Европе все еще предпочитали мед, благодаря его более низкой стоимости. Уже тогда сахарная промышленность была немаловажной частью молодого капиталистического сектора в экономике Средиземноморья. Затем в течение всего XVI в. идет бурный рост сахарных плантаций в Америке, который заменяет и вытесняет производство сахара в Средиземноморье.
Никакой другой вид промышленности не был так важен для развития капитализма до XIX в., как сахарные плантации в колумбовой Америке.
Огромные территории, дешевый рабский труд порабощенных народов, грабеж природных богатств Америк дали европейской протобуржуазии решающее превосходство над ее конкурентами в международной экономической системе, позволили ей стремительно ускорить уже имевшиеся тенденции капиталистического производства и накопления и, таким образом, положить начало процессу социально-политического преобразования феодальной Европы в буржуазное общество.
Всего за 21 год после высадки Колумба на островах Карибского моря, самый большой из них, переименованный адмиралом в Испаньолу (нынешние Гаити и Доминиканская Республика), потерял практически все свое коренное население – около 8 млн человек, убитых, погибших от болезней, голода, рабского труда. Опустошительная сила этой испанской «ядерной бомбы» на Испаньоле была эквивалентна более чем 50 атомным бомбам типа хиросимской. И это было только начало.
Христофор Колумб
Так, со сравнения первого и «самого чудовищного по размерам и последствиям геноцида в мировой истории» с практикой геноцидов в XX в. начинает свою книгу «Американский холокост» (1992) историк из университета Гавайи Дэвид Станард. В этой и других работах уничтожение коренного населения Америк европейцами предстает не только как самый массовый и длительный геноцид в мировой истории, но и как органическая часть евроамериканской цивилизации от позднего Средневековья до империализма наших дней.
Д. Станард начинает свою книгу с описания поразительного богатства и многообразия жизни в обеих Америках до рокового плавания Колумба. Он ведет читателя по историко-географическому маршруту геноцида: от истребления коренных обитателей Карибских островов, Мексики, Центральной и Южной Америки до поворота на север и уничтожения индейцев во Флориде, Вирджинии и Новой Англии и, наконец, через Великие прерии и Юго-Запад в Калифорнию и на тихоокеанское побережье Северо-Запада.
Кто стал жертвой самого массового геноцида в мировой истории?
Человеческое общество, уничтоженное европейцами на Карибах, было во всех моральных отношениях выше их собственного. Жители Больших Антил достигли высокого уровня в регулирования своих отношений с миром природы. Они научились получать от природы все, что им было нужно, не истощая, а культивируя и преображая ее. У них имелись огромные аквафермы, в каждой из которых они выращивали до тысячи больших морских черепах (эквивалент 100 головам крупного рогатого скота). Мелкую рыбу они буквально «собирали» в море, используя растительные вещества, которые парализовали ее. Их сельское хозяйство превосходило по всем параметрам европейское и было основано на трехуровневой системе посадок, которая использует сочетания разных типов растений для создания благоприятного почвенно-климатического режима. Их жилища, просторные, чистые и светлые, могли бы явиться предметом зависти европейцев, погрязших в нечистотах.
Американский географ Карл Сауэр приходит к такому заключению: «Тропическая идиллия, которую мы находим в описаниях Колумба и Петра Мартира, в основном соответствовала действительности. Эти люди ни в чем не испытывали нужды. Они заботились о своих растениях, были искусными рыбаками, каноистами и пловцами. Они строили привлекательные жилища и держали их в чистоте. Эстетически они выражали себя в дереве. У них было свободное время, чтобы заниматься игрой в мяч, танцами и музыкой. Они жили в мире и дружбе».
Но у Колумба, этого типичного средневекового жителя, было иное представление о «хорошем обществе». 12 октября 1492 г., в день первого контакта с местным населением, он записал в своем дневнике: «Эти люди ходят, в чем их мать родила, но добродушны… их можно сделать свободными и обратить в нашу Святую Веру. Из них получатся хорошие и искусные слуги».
