На мостике вместо капитана дежурил старший офицер Сильвано Бонфилья. Когда в 6:30 утра он проверил местонахождение судна, то выяснилось, что они сбились с курса. Нефтеналивной танкер шел не западнее, как предполагалось, а, наоборот, восточнее островов Силли. В хорошую ясную погоду любое судно могло бы спокойно пройти по узкому проливу, который отделял эти острова от Лэндс-Энда. Но для такого гигантского нефтеналивного танкера, каким был «Тори Каньон», проблемы возникли сразу же. Дело в том, что танкер длиной 300 м имел солидную осадку – в 17 м.
Тонущий танкер
Обнаружив отклонение от курса, Бонфилья немедленно отключил автоматическое навигационное устройство и дал команду поворачивать в сторону Бишопской скалы. Он намеревался в течение часа вести корабль к скале, а затем спокойно обогнуть ее. Однако капитан таким решением был весьма недоволен и приказал восстановить прежний курс, идти через пролив. Бонфилья не очень понимал, что стоит за капитанским решением, но не стал его оспаривать и снова включил автоматическое навигационное устройство.
В 8 ч. утра танкер находился в 14 милях от пролива. Капитан еще раз уточнил местонахождение судна и поправил курс. Сделал он это с таким расчетом, чтобы пройти в 6 милях от островов Силли, хотя возникла опасность, что они могут наткнуться на подводные камни, находившиеся в этой акватории. Как раз посередине между островами Силли и Лэндс-Эндом располагались Семь Камней, как моряки называли полуторакилометровую и очень опасную гряду небольших подводных скал, ставших причиной гибели не одной сотни кораблей. При нормальной погоде и во время отливов Семь Камней хорошо видны, и суда спокойно обходят их стороной. Но когда во время приливов они скрываются под водой, то их могут не опасаться суда только с низкой осадкой. А что делать тяжело груженному «Тори Каньон»?
В начале девятого утра «Тори Каньон» заметили моряки плавучего маяка, охраняющие проходящие суда от Семи Камней. Они тотчас сообразили, что если танкер будет следовать и дальше прежним курсом, то он неминуемо врежется в камни. На маяке выбросили предупредительный флаг и пустили ракеты.
Находясь на мостике, капитан первым делом выключил автоматическое навигационное устройство, вырулил судно носом на север и снова включил устройство. Но неожиданно впереди, прямо по курсу, показались два рыболовных судна. «Тори Каньон» на полном ходу, в 16 узлов, либо должен был натолкнуться на два этих судна, либо… Для раздумий времени не оставалось. Только теперь Руджиати понял, что катастрофы ему не миновать. В 8:50 «Тори Каньон» со всего хода наткнулся на скрытый под водой первый из Семи Камней и намертво застрял. Это был не просто удар, это могло означать гибель его танкера. Он немедленно потребовал сведений о полученных повреждениях. Никакой надежды – танкер плотно сидит на камнях, и из его трюмов вовсю хлещет нефть.
Но худшее ожидало его еще впереди. Пробоина у «Тори Каньон» оказалась почти на половину длины корпуса – 150 м! Это означало, что из всех его 23 танков в море стала выливаться сырая нефть (примерно по 6 тыс. т в час). Черные маслянистые пятна уже окружили танкер.
Руджиати не оставалось ничего другого, как отдать приказ начать выкачивать нефть из танкера. Он рассчитывал, что облегченное таким образом судно сможет сняться с камней, окажется на плаву. Были включены все помпы, и в море стал выплескиваться пенный поток нефти. В 11 ч. над «Тори Каньон» закружил первый вертолет Королевского военно-морского флота Великобритании. Экипаж винтокрылой машины тотчас понял, что это разлив нефти беспрецедентного в мировой практике масштаба. Еще через час к месту происшествия прибыл специальный голландский спасательный буксир «Утрехт». На борт «Тори Каньон» поднялись спасатели, которые хотели определить масштабы происшедшего. По их оценке, танкер засел на камнях тремя четвертями длины своего корпуса, и снять его с помощью буксиров было невозможно.
Сигналы тревоги уже передавались береговой охране. К 2 ч. к танкеру прибыли три буксира и еще два корабля Королевского военно-морского флота. С них стали распылять детергентные вещества по всему расплывшемуся нефтяному пятну, чтобы предотвратить расползание нефти в море. Особенно спасатели боялись, что гигантское пятно подойдет к берегу и вызовет гибель птиц, рыбы, испортит многокилометровые пляжи.
В Лондоне, куда уже тоже поступило тревожное сообщение, забили тревогу. Руководство министерства обороны на чрезвычайном заседании обсуждало меры борьбы с нефтяным пятном, расплывающимся по направлению к пляжам Вест-Кантри. К вечеру того же дня из танкера в море вылилось почти 40 тыс. т сырой нефти, которая захватывала все большие и большие участки моря. Вода сделалась маслянисто-черной.
