Когда в жизни происходит что-то интересное и стоящее, то хочется этот момент схватить, поймать, запомнить все: запах, вкус, ощущение, место, обстановку, свет. Чтобы при желании мысленно перенестись туда и пережить все заново. Но именно когда ты переживаешь все это, в ту самую секунду, очень сложно записать ЭТО на бумагу. Не хочется тратить время на занесение фактов своей жизни, как будто ЭТО – документ, подтверждающий твое существование. Считаю данное поведение кощунственным и оскорбляющим саму суть и яркость жизненного момента. И только спустя время, когда события наложились одно на другое, и выстроились все ваши линии судьбы, тогда и можно попытаться выстроить все в сюжетную линию, понятную вам самим и окружающим.
А. ПОПОВ.
Если кто не знает (я, например не знал), НИЗИНО – это поселок городского типа под Петергофом. Воинская часть, в которой мы служили-учились, казалась необъятной. Забор местами подчеркивал границы, но в целом только лес знал, где она заканчивается. До самого Низино километра три, не меньше – и пустота. Вы спросите, что я там делал и как там оказался? Тогда вы, наверное, пролистнули книжку, и сразу окрыли ее на этом моменте. Но вкратце: я окончил Нахимовское военно-морское училище и попал в это училище-институт. Там случилась путаница с кадрами и с факультетами.
Сначала я попал на «дизельный». Каждый факультет – это мирок, в котором есть свой царь (начальник факультета) и все остальные: крепостные, бояре, свита. Так вот, в царстве пятого – «дизельного» факультета образ здоровой жизни переваливал за все среднестатистические рамки, потому что «ЦАРЕМ» оказался бывший спортсмен, занимавшийся то ли одним, то ли сразу несколькими видами спорта. «На картошку» он курсантов выгонял точными попаданиями из пневматического ружья. Вы, наверняка, не раз пользовались такими в тирах, но вряд ли знаете, как неприятно выковыривать металлические пули из тела (синяки потом размером со спелое яблоко). В общем, спортсмен-охотник. Наверное, это похоже на ваш мир? Президент увлекается теннисом – все за ракетки, дзюдо – все на татами. Жду не дождусь, когда президент будет заниматься тантрическим сексом, даже на выборы пойду. Интересно просто, что же тогда будет?..
Так вот, курс молодого бойца (КМБ), для меня уже не первый, пришелся на период выхода популярного фильма «Солдат Джейн». Если кто не помнит: в этом фильме девушка проходит специальную подготовку для «наикрутейшего» подразделения морских котиков. Их тренировка делилась на три этапа (по моим лично представлениям и понятиям). Этап первый: растаптывание личности и определение психологического и физического пределов. Неприспособленные выбывают. Этап второй: перемешивание в коллективе. Личные неприязни должны быть устранены. Выполняется это только путем внедрения принципа «один за всех и все за одного». Вовремя подтянутые к героям внешние трудности объединяют их в единое целое. Этап третий: возвращение новой и более сильной личности. Олицетворение смерти и перерождения. Скажем так, большинство в этом фильме увидело только первый пункт. Их привлекли власть над людьми и сам факт унижений этих людей. В их головах отложилась схема: мученье – крутизна. Поэтому и получилось: готовили как спецназ, а в итоге – стадо дебилов с таким же пониманием реальности. А проблема в том, что нет объективного понимания происходящего.
В общем, к концу КМБ я снова хотел есть и спать. Жира в теле совсем не осталось. Но в этот раз не из-за того, что еды не было. А из-за того, что старшины, копируя поведение из фильма, не давали времени поесть.
– Встать! Сесть! Встать! Сесть! – приседали мы так почти весь обед или ужин. Или забегали по лестнице вверх и вниз.
– Все, ваше время приема пищи закончилось! – говорили они, и мы бежали очередной кросс, по кругу, пока они загорали в центре стадиона. Бежали и выблевывали то, что было с таким трудом помещено в наши желудки. В общем, все нормально. Это не будущие офицеры, а тренеры по фитнесу, обреченные вести группки для лысеющих геев-меценатов (О как!). Я надеюсь на это.
Примерно в таком состоянии меня застал конец августа. Последние теплые деньки. Потому что дальше может быть или сразу зима, или лондонские дожди. Наступило время «Ч». «Ч»ерезвычайного произвола по сбору картошки, по другому не назовешь. Одетые в грязные, рваные робы, подстриженные наголо, мы напоминали свежепривезенных узников концлагеря (кости еще не торчат). Мы стояли на плацу в субботу в десять утра, и мне безумно хотелось быть чистокровным евреем именно по субботам, чтобы ничего не делать. Хотя по пятницам я бы с удовольствием становился мусульманином – с той же целью. Ну, а по воскресеньям, само собой, хотелось предаваться лени под православными флагами (вы уж все не серчайте, правда, очень хотелось).
