– Мы пытаемся разобраться, почему он так отчаянно старается вас убить. Может, вы украли что-нибудь, избили кого-то?
– Кого избил? – Лицо Хита стало пунцовым от злости.
– Вы упоминали, что участвовали в драке, – заметил Чендлер.
– Так то был знакомый, вы чего? – пробормотал Хит. – Послушайте, я ничего не понимаю. Мне шьют убийство, причем не одно, но я их не совершал. Меня дважды пытался прикончить этот ненормальный – настоящий убийца. И я же еще оказываюсь крайним. Отпустите меня. Я больше ни минуты не хочу оставаться в этом участке и этом гребаном городишке. Поймаете маньяка – тогда, может быть, я приеду и выступлю в качестве свидетеля. А лучше, если все пройдет по видеосвязи и мне не надо будет снова сюда возвращаться.
Хит с надеждой взглянул на адвоката.
– Есть ли в городе безопасное место, где мой подзащитный мог бы переночевать? – поинтересовался тот.
– Вы сейчас в таком месте, – ответил Чендлер.
– Ради вашей же безопасности, мистер Баруэлл, советуем вам оставаться здесь, – сказал Митч.
Хит бешено на него посмотрел.
– Из-за вас меня чуть не убили!
– Это была случайность.
– Да у вас, куда ни плюнь, везде случайность! Я вас засужу, всех до единого, попомните мои слова. Неправомерное заключение, угроза жизни, отказ в защите… До конца жизни со мной не расплатитесь, – закончил он, расплываясь в ехидной усмешке.
Из-за темноты поиски Гэбриэла в аутбэке пришлось приостановить. Дабы создать видимость, что все под контролем, Митч отправил часть своих подчиненных патрулировать улицы.
Чендлер не находил себе места – все из-за утреннего разговора с Гэбриэлом. Он отпросился у Митча домой повидать родных. Необходим был каждый сотрудник, но, учитывая обстоятельства побега обвиняемого, отказать сержанту инспектор не мог. Тем не менее Чендлер решил поделиться беспокоившим его фактом – на всякий случай.
– Гэбриэл знает, где я живу.
– Откуда? – нахмурился Митч.
– Когда я отвозил его в гостиницу после первого допроса, мы разговорились, и я кое-что рассказал про себя, про свою семью.
– Очень глупо с твоей стороны.
– Нет, ну с чего мне было знать, что он только прикидывается жертвой? Я просто хотел успокоить свидетеля.
Митч помолчал.
– Ладно, что было, то было. Прикажу, чтобы каждые полчаса там проезжал патрульный автомобиль.
Чендлер кивнул.
– Спасибо.
– Два часа, не больше, хорошо? Мне позарез нужны люди.
– А ты чем будешь заниматься? – спросил Чендлер.
– Буду патрулировать сам. Возглавлю охоту. Прочешу укромные уголки, на случай если он решил залечь там. Устрою себе экскурсию в прошлое.
– Ты действительно хочешь туда вернуться?
Митч не ответил.
Чендлер молча пробился сквозь частокол микрофонов. Количество репортеров и фургонов росло, как раковая опухоль.
Стемнело окончательно, и Чендлер напряженно всматривался в каждый переулок, в каждый дом, каждый сквер, думая, где может скрываться Гэбриэл. Невероятно, но он начинал бояться любой тени – и это в своем родном городке. Когда-то спокойный и сонный, он превратился в средоточие тревоги и страха.
Страх не отпустил, даже когда Чендлер приехал домой. В кои-то веки дети должны были провести вечер под родной крышей. Увы, не судьба.
– Так, берите все самое нужное. Сегодня будете ночевать у бабушки с дедушкой.
– Опять? Ну почему? – недовольно спросила Сара.
– Меня могут срочно вызвать на работу.
Сложно сказать, чей взгляд был строже: Сары или ее бабушки.
– Собирайтесь, – скомандовал Чендлер и, подойдя к окну, окинул взглядом сад. Там росло мощное чайное дерево с линяющей оранжево-бурой корой… Городок тоже линял, сбрасывая шкуру спокойствия, под которой таился ужас. Чендлер тряхнул головой, прогоняя наваждение.
Изогнувшись, он посмотрел в соседний двор, где стоял дом семьи Риззо. В окнах горел свет, ветерок слегка покачивал садовые качели. Все как всегда, но воображение настойчиво рисовало Гэбриэла, который пролез в дом к Риззо и залег там в засаде.
– В чем дело? – спросила мама.
От неожиданности Чендлер чуть не ударился лбом о стекло. Убедившись, что дети не слышат, он сказал:
– Будет лучше, если они побудут с вами.
– Давай я останусь и посижу с ними, если тебя вдруг вызовут. Они так хотели провести вечер с тобой.
– Я тоже.
Это было правдой, нельзя представить ничего лучше, чем обычный вечер в кругу семьи.
– Что-то не верится. Сколько раз ты обещал побыть с ними, а потом вдруг пропадал?
– Я наверстаю.
Чендлер снова занял позицию у окна, и по-прежнему в каждой тени ему чудился Гэбриэл. Сержант не сомневался, что тот вернется – как маньяк из фильмов. Парень был находчив, умен и передвигался с нечеловеческой скрытностью. В который раз Чендлер корил себя за то, что не сумел доказать Митчу: молчаливый пленник куда опаснее, чем крикливый. Серийные убийцы не ноют. И не представляются, как говорил Гэбриэл.
Мама помогала внукам собраться, и тут в тишине раздался пронзительный звонок телефона. Звонили по городскому, да еще и с неизвестного номера. Не к добру.
Отойдя от окна, Чендлер снял трубку. Предчувствие его не обмануло. От голоса в динамике все внутри скрутило.
Тери.
– Дети здесь? – немного нервно спросила она.
– Да.
