— Ну и наглец же ты, Гурто, — наконец рассмеялся столичный криминальный авторитет, попутно набирая что-то на личном идентификаторе. Как потом оказалось, заказывал затребованные мною опции. — Ничего, что мы снова на «ты»?
Я только отмахнулся. А заодно приготовился к долгому, обстоятельному разговору, по итогам которого станет окончательно ясно, в каком ключе вести дела с Кри дальше и кто из нас кому и чем именно сможет быть полезен.
Нижний город я покинул только через два с половиной рэйна, когда немного пришел в себя, плотно перекусил и решил насущные проблемы. А заодно обеднел на два с небольшим ляма золтов и остался должен еще восемь с половиной, поскольку именно в такую сумму Кри оценил свои потери, не считая самого того факта, что он мне крупно помог.
Естественно, после этого на мне повисло сразу два новых магических контракта. Плюс пришлось косвенно подтвердить наличие у меня еще одного «грязного» умения. Но с учетом обстоятельств это было ожидаемо, так что по данному поводу я не переживал.
Гораздо важнее оказалось то, что сегодня был последний день моего пребывания в столице — ровно в шесть вечера меня должен был забрать из академии наставник. Но прежде чем показаться ему на глаза, я должен был восстановиться, набрать потерянную массу, плюс сделать еще одно важное дело. Поэтому сразу после того, как мы расстались с Кри, организовал вторую на сегодня встречу и ровно в три пополудни явился в Тихий парк.
К тому времени, как я добрался до северной беседки под номером три, люди, с которыми мне позарез нужно было увидеться, там уже были: неимоверно раздраженная, зло кусающая губы лэнна Лусина Хатхэ и бледная до синевы, откровенно встревоженная Арли, при виде которой у меня снова что-то екнуло в груди.
— Вы!.. — прошипела взбешенная охранница, как только я приблизился. — Посмотрите, до чего ребенка довели! На ней же лица нет!
— Хватит, — неожиданно твердо произнесла Арли, заставив лэнну Лусину осечься. — Не шуми. И дай нам поговорить без свидетелей.
Не знаю, что уж между ними произошло за эти сутки и на какие рычаги нажала маленькая провидица, но обозленная до предела охранница лишь скрипнула зубами и послушно отступила. Тогда как я зашел следом за Арли в беседку. Еще раз оценил случившиеся с девчонкой перемены. И, решив, что правильно понимаю их причину, тихо спросил:
— Испугалась?
Арли быстро кивнула. А потом уронила взгляд в пол и тихо-тихо спросила:
— Ты меня теперь ненавидишь?
— За что тебя ненавидеть?
— За то… — она вдруг прикусила губу и быстро отвернулась, чтобы я не успел увидеть заблестевшие на ее глазах слезы. — За то, что из-за меня тебе было плохо. Это я во всем виновата! Я тебя заставила!
Я только вздохнул.
— Да, я уже понял, что с клятвой ты меня перехитрила… но ты ведь сделала это не ради баловства, правда? Для этого была причина?
Юная лэнна Хатхэ сжала кулачки.
— Меня мучают кошмары, Адрэа. Каждую ночь, когда я закрываю глаза, я вижу, как ты умираешь. Сегодня, завтра, каждый день… Бабушка говорит, что так бывает и что это нужно просто пережить. Но я не могу больше, понимаешь⁈
Твою ж мать…
Я потянулся к малявке, чтобы тронуть ее за плечо, но тут она сама повернулась, и я поразился тому, сколько боли плескалось в ее потемневших глазах. И сколько едкой горечи, невысказанной мольбы и одновременно мучительной вины виднелось в ее потухшем взгляде.
Арли… ох, Арли…
Да что ж за дар тебе достался проклятый⁈
— Он не проклятый, — устало отозвалась Арли, кажется, умудрившись случайно прочесть мои мысли. — Он просто не для всех. И поначалу он показывает только близких людей. Их ошибки, их боль, их смерть, их потери. На это трудно смотреть, хотя бабушка говорит, что дар провидца необходим именно для того, чтобы это предотвратить. И что на самом деле это не проклятие, а благо. Нужно только научиться правильно его использовать. Но я пока не очень хорошо умею это делать. Наверное, поэтому я так часто вижу и твою смерть тоже. Ее вероятности. И иногда они такие яркие, что в них очень сложно не поверить.
Она прерывисто вздохнула.
— Три дня назад у меня был именно такой сон. И мне надо было во что бы то ни стало тебя предупредить. Я видела несколько путей, в том числе и не самых очевидных, но только магическая клятва полностью меняла твое будущее и избавляла от удара в спину.
— Хочешь сказать, в будущем меня могла бы убить моя собственная жена? — осторожно поинтересовался я, убирая с ее бледного личика непослушный локон.
Девчонка качнула головой.
— Не она. Но ты погиб бы из-за нее. И случилось бы это в пределах тех десяти лет, о которых я сказала.
Она вдруг порылась в небольшой сумочке, которую, как всякая порядочная лэнна, с некоторых пор всегда носила с собой, и достала оттуда мой браслет.
— Вот. Я утащила у деда преобразователь магического сигнала, так что весь вчерашний день и часть сегодняшнего браслет показывал, что ты в академии. И звонков на него тоже не было, поэтому твоего отсутствия никто не заметил.
Я молча забрал идентификатор и с каким-то новым чувством посмотрел на расстроенную малявку.
