У маминых родственников? Вот так сюрприз!
— Честно говоря, первое время я думал, что ты и сам не знаешь, от кого унаследовал свой дар, — добавил наставник, когда я откровенно задумался. — Вполне могло случиться так, что тебя просто не стали просвещать по этому поводу. Поэтому поначалу мне казалось, что ты потомок не тана, а кого-то из его близких родственников, а тан всего лишь взял тебя на воспитание. Но даже если и было у тебя родство с главой мертвого рода, то в его ошибках ты в любом случае не виноват. Поэтому я решил дать тебе шанс, подумал, что будет интересно посмотреть, каким ты вырастешь. Затем начал подмечать, что с каждым годом ты все больше начинаешь походить на Альнбара Расхэ, тогда как твой дар… В общем, к окончанию турнира «Джи-1» сомнений у меня почти не осталось. А сегодня, когда ты продемонстрировал не только силу, но и несомненный Талант, унаследовать который мог лишь от одного человека, стало окончательно ясно, что нам пора поговорить.
Я пристально посмотрел на невозмутимое лицо наставника, но тут уж, как говорится, крыть было нечем. Хотя, наверное, если бы не Эмма, я еще мог бы какое-то время держать его в неведении.
Впрочем, учитывая сегодняшние события, в этом больше не было необходимости. И раз уж он сам об этом заговорил…
Я подошел ближе, остановился напротив наставника и спокойно сказал:
— Формально такого человека как Адрэа Расхэ никогда не существовало. Тан Расхэ действительно был моим биологическим отцом, но мое имя никогда не появлялось в семейной родовой книге. Моей матерью, как и записано в свидетельстве о рождении, была лаира Сельена Гурто, работавшая в то время в поместье Расхэ горничной, но никто и никогда не упоминал, что родила она не от мужа, а от собственного тана. О том, что у них вообще была связь, до определенного момента не знал даже я. Тан никогда не относился ко мне как к сыну. И лишь после того, как его не стало, а мне в руки попались его записи, я выяснил, кем на самом деле являюсь. Однако к тому времени говорить об этом стало опасно, раскрывать свой Талант еще опаснее, поэтому уже в тот самый день, когда я переступил порог школы Ганратаэ, я четко понимал, что чем меньше обо мне узнают, тем лучше.
Я немного помолчал.
— О том, что у меня есть Талант Инженера, стало известно довольно рано, потому что тан Расхэ, хоть и не признал отцовство, все же не преминул провести соответствующее обследование. Талант мне, правда, достался неполный. В то время как сам тан умел напрямую работать с любыми техническими и маготехническими приборами, мне передалась способность управлять лишь одним-единственным веществом…
— Найниит, — тихо обронил наставник. — Его ни с чем нельзя перепутать. И только у такого гениального Инженера, как Расхэ, мог родиться ребенок с подобным умением.
— Да. Тан был по-настоящему счастлив, когда это выяснилось, поэтому уже с трех лет начал исследовать мой Талант со всех сторон. У Расхэ были на него большие планы. Собственно, кроме него, в таком объеме с найниитом никто больше в Норлаэне не работал. Именно он дал мне первый материал для экспериментов. И он же учил им управлять.
— Лаборатория была прямо в доме?
— Под ним. В глубоком бункере, где имелось все необходимое и для жизни, и для работы. Там же я и отсиделся, когда на нас напали. А уже потом узнал из новостей, что именно произошло, и понял, что моя жизнь никогда не будет прежней.
— Значит, в ту ночь ты все-таки был в доме… — нахмурился лэн Даорн.
— Да. Я слукавил, когда вы спрашивали об этом в первый раз. Незадолго до взрыва я все-таки успел укрыться в бункере, почти месяц провел там, зализывая раны. Ну а когда стали подходить к концу запасы еды, воды и воздуха, мне по-любому пришлось выбираться. Поскольку отцовских родственников я не знал, а с мамиными у нас, как вы знаете, довольно напряженные отношения, то я решил, что лучше мне сразу пойти в школу, благо информация о зачислении у меня уже была, а об оплате тан позаботился заранее. Остальное вы и так знаете. Здесь я ничего не утаил.
Наставник немного помолчал.
— Как ты выжил, если во время нападения находился в доме? Вряд ли тебя могли пощадить или упустить из виду, не проверив досконально все углы и подвалы.
Я вытянул руку и показал открытую ладонь, на которой, словно крошечные капельки ртути, из-под кожи просочились круглые серебристые капельки, из которых я без малейших усилий создал довольно крупный шар и продемонстрировал наставнику.
— Меня уберегло вот это.
А потом прямо у него на глазах расплавил шар сначала в плоский блин, потом заставил его обтечь мою руку и образовать отливающую металлом найниитовую перчатку. А затем и вовсе вытянул ее до локтя, после чего живая «ртуть» проворно перебралась мне на плечо, затем на шею, грудь и, переметнувшись на другую руку, обхватила уже ее, причем сделав это практически мгновенно.
