— Да, два пожизненных срока он себе уже заработал, хотя я и сейчас считаю, что этого недостаточно. Жизни, которые он искалечил, мальчишкам никто уже не вернет. Остается надеяться лишь на то, что целители помогли им пережить это с минимальными потерями, а компрометирующие файлы и другая информация по этому делу никогда не станут достоянием общественности.
Я перехватил выразительный взгляд от наставника и понятливо кивнул.
— Само собой. Я такую грязь на своих устройствах не храню и хранить не собираюсь.
А Эмма, если и сделала копии, то всяко никому их не покажет.
— Хорошо, — с облегчением кивнул он. — Значит, этот вопрос мы наконец-то закрыли. Еще хочу спросить: что именно ты сделал с Эддартом Босхо? Там, на поляне. Как ты заставил его говорить? Вернее, где ты этому научился?
— У тана Расхэ в лаборатории каких только методичек в базе не было закачано, — криво усмехнулся я. — Или вы думаете, я зря столько времени в просиживал в школе за изучением анатомии?
Лэн Даорн с сомнением на меня покосился, но, к счастью, дальше опасную тему развивать не стал.
— Еще у меня были сомнения по поводу Айрда Босхо, — вместо этого сказал он. — И тех неприятностей, которые с ним регулярно случались в школе. Я и тогда считал, что эти неприятности каким-то образом были связаны с тобой. А теперь и вовсе уверен… ты ведь и там использовал найниит?
— Конечно, — не стал отпираться я. — И тех бандюг, которые во время турнира «Джи-1» пытались на меня наехать, так же уложил. Найниит при желании может стать абсолютно невидимым, поэтому ни камеры, ни иные устройства, не способные фиксировать наличие управляющего поля, его не засекут. А с помощью найниитовых нитей знаете какие отменные подножки можно делать? Да и портить сиденья у стульев или случайно ронять люстры на чужие головы с их помощью одно удовольствие.
— М-м, ладно. А в крепости Ровная… тогда, у разлома… ты тоже использовал Талант?
— Да. Пожалуй, это была единственная вещь, о которой я не упомянул, когда вы допрашивали меня вместе с мастером Даэ и лэном Таем Хатхэ. Найниит прикрыл меня от дайнов. Там, у разлома, и тогда, когда меня швыряло из портала в портал. Но, как выяснилось, у него тоже есть свои пределы. Близость разлома очень быстро разрушает его структуру, поэтому, чтобы его не потерять, мне пришлось свернуть управляющее поле. О, точно! Я ведь найниитовую оболочку от бомб присвоил, — спохватился я. — Подумал, что ее никто не хватится. Найниита там, правда, было немного. Но в остальном я ни в чем вас не обманул.
— Знаю, — хмыкнул вдруг наставник. — Как и ты, я тоже умею определять, когда мне врут.
Я мысленно стукнул себя по лбу.
Ну я же говорил! Есть… есть у него чуйка! И ложь он чует тоже не просто так!
— Вероятно, это ваше врожденное свойство, лэн? — небезосновательно предположил я, когда наставник сделал многозначительную паузу.
— Да. «Грязное» умение, о котором даже мастер Даэ не в курсе.
— Хм. А оно полезное? Или, как водится, с подвохом?
— После него голова болит, — признался лэн Даорн. — Сильно. Никакие средства не помогают, поэтому я довольно редко к нему прибегаю.
— Сейчас оно тоже, наверное, работает? — снова поинтересовался я, хотя в принципе ответ и так был понятен.
Но наставник неожиданно мотнул головой.
— Нет. Я использовал его на поляне. Когда Босхо… ну ты понимаешь. Надо было понять, насколько можно верить словам этого подонка по поводу школы. Но дольше одного рэйна включать это умение опасно, поэтому сейчас я лишь надеюсь, что ты мне веришь и если не во всем, то хотя бы по большей части все-таки откровенен.
— Я стараюсь, — тихонько вздохнул я. — Правда. Хотя даже сейчас есть вещи, в которые я предпочел бы вас не посвящать.
Лэн Даорн на мгновение прикрыл глаза.
— Эти вещи… они как-то связаны с Дарусом Лимо?
— Отчасти.
— А с тем, что случилось в крепости Ровная?
— Вы имеете в виду погоню, которую я устроил за Дэмом Хатхэ?
— В том числе.
Я качнул головой.
— Нет. Дэм — всего лишь заносчивый засранец, который задумал во что бы то ни стало поставить выскочку-самородка на место. Я его, между прочим, даже не покалечил. Тем более не убил.
— А ты мог бы?
— Теоретически — да, но это было нецелесообразно. Пользы бы мне это не принесло, а наживать проблемы с родом Хатхэ, да еще и на пустом месте, было бы глупо.
— То есть ты, когда его загонял, руководствовался не чувством мести, а какими-то иными интересами?
— У каждого поступка есть следствие, лэн, — твердо ответил я. — Дэм Хатхэ выбрал для себя именно такую линию поведения. Я ответил ему так, как считал нужным. Но при этом у меня нет к нему ненависти. Я не испытываю ни ярости, ни злости. Более того, считаю, что сделал ровно то, что было нужно, и именно так, как он того заслужил.
Наставник какое-то время помолчал.
— Тебе не кажется, что это несколько ненормально — вот так наказывать людей, беря на себя роль судьи и с легкостью приводя в исполнение вынесенный тобою же приговор?
— Разве я сделал что-то неправильно? — внимательно посмотрел на него я. — Может, неверно определил степень его вины или ошибся с мерой воздаяния?
