Во время первой продажи меди по 162/з цента за фунт в прессе появились многочисленные заявления, восхвалявшие сделку как замечательный акт патриотизма. Делались попытки доказать, что, поскольку эта цена была значительно ниже средней рыночной цены, правительство сберегло колоссальное количество денег и компании, производящие медь, в патриотическом порыве предоставили народу продукцию своих рудников для использования ее в военных целях" [1 Барух, выступая перед различными правительственными комиссиями, подчеркивал, что во время войны он не владел акциями компаний, получавших прибыль на военных заказах, и что он не вел самостоятельно никаких биржевых операций. Это верно. Задачей Баруха было обеспечить получение львиной доли военных поставок тем компаниям, которые создали ему выдающееся положение в финансовом мире до войны и с которыми он был связан, к величайшей для себя выгоде, после войны.].
Ввиду большого количества сделок цены на правительственные поставки должны были бы быть значительно ниже, как показывают непомерные доходы медепромышленных компаний, особенно тех, которые группировались вокруг "Анаконда компани". "Вследствие нужд и потребностей правительства в военное время, — говорилось . в докладе комиссии Грэхэма, — владельцы этих медеплавильных предприятий имели возможность получить небывалые доходы и действительно получали их.
Факты, приводившиеся в показаниях и занесенные в отчеты, говорят сами за себя; большая часть их никем не отрицалась и не оспаривалась, если не считать различных словоизлияний, целью которых было обелить применявшуюся военным министерством систему заключения деловых сделок".
Трудно решить, в какой области военных поставок государственные интересы предавались в наиболее законченной форме. Отчет № 637 палаты представителей шестьдесят шестого созыва конгресса, второй сессии, указывает, что, хотя более 1 млрд. долл, было потрачено на военные самолеты, ни один из них так никогда и не попал в руки правительства.
Скандал с самолетами достиг в 1918 г. таких размеров, что президент Вильсон поручил Чарлзу Эвансу Юзу произвести расследование. После того как было установлено наличие чрезвычайной небрежности, неспособности, невежества, расточительства, незаконных действий и преследования личных выгод, Юз предложил судить Эдуарда А. Дидса военным трибуналом, согласно отатьям 95 и 96 военного устава. Это предложение было поддержано генеральным прокурором и военным министром Бейкером; но затем Бейкер приказал пересмотреть дело с тем, чтобы выслушать новые показания двух компаньонов Лидса. После этого специальный военный суд оправдал Лидса.
Как указывалось в докладе Юза, "в силу большого, чтобы не сказать абсолютного, влияния полковника Лидса, его бывшие компаньоны, заключившие контракты с правительством, сразу смогли обеспечить себе получение чрезвычайно крупных прибылей при сравнительно малых вложениях собственных средств; кроме того, они могли выплачивать своим служащим громадные жалованья, которые они ставили в счет правительству как часть издержек производства". Лидс, который был до войны вице-президентом кампании "Нэйшнл кэш реджистер компани" и принадлежал к клике банка "Нэйшнл сити", происходил из города Дэйтон (штат Огайо). В августе 1917 г. военный министр Бейкер, тоже уроженец штата Огайо, по рекомендации Хауорда Э. Коффина, вице-президента "Хадсон мотор кар компани" и председателя управления по самолетостроению, назначил Лидса начальником отдела оборудования воздушных сил. В докладе комиссии Грэхэма говорилось:
"Ни одно расследование не могло установить, почему был назначен именно Лидс. Из отчета судьи Юза следует, что Лидс начал свою деятельность с того, что сосредоточил производство самолетов в городе Дейтон (Огайо) и отдал крупные контракты своим компаньонам, хотя у последних не было никакого опыта в таких делах; что Лидс был заинтересован главным обраром в корпорациях, контролирующих производство зажигательных приборов системы "Дэлко", употреблявшихся на запроектированных моторах типа "Либерти", в то время как до этого во всех авиационных моторах употреблялась система магнето".
В отчете комиссии Грэхэма указывалось, что прошлое Лидса весьма сомнительно. В 1912 г. он был судим федеральным судом за взяточничество и приемы уголовного характера, к которым он прибегал для устранения конкурентов по производству кассовых аппаратов, и был присужден к году тюремного заключения. После подачи кассации решение суда было отменено, но пересмотру не подвергалось. "Уже одного факта привлечения к судебной ответственности, обвинения и осуждения, — говорилось в отчете комиссии Грэхэма, — было бы достаточно, чтобы заставить всякое ответственное должностное лицо навести справки, прежде чем предоставить Дидсу место первостепенной важности в руководстве такими делами, в которых он ничего не понимает".
