Криссингер подпал под влияние уполномоченного Моргана Бенджемина Стронга, который начал "обрабатывать" "Нью-Йорк резерв бэнк", настаивая, чтобы федеральная резервная система покупала в большом количестве государственные ценные бумаги, наводняя тем самым банки ликвидными фондами, требовавшими ' выгодного размещения в кредитных каналах. Закон о федеральной резервной системе разрешал это лишь в случае крайней необходимости. В 1923 г., когда федеральная резервная система начала скупать государственные бумаги, никакой неотложной необходимости в этом не было; поэтому было ясно, что весь замысел был продиктован какими-то особыми соображениями. Резервная система проводила эту новую политику в течение трех лет. Спекулятивный бум получил хорошее начало. В период 1924—1929 гг. ссуды, приносившие крупным банкам колоссальные прибыли, возросли на 10 млрд, долл., и вся эта сумма была вложена в биржевые бумаги; между ссудами, предоставленными предприятиям промышленным и торговым, не было большой разницы. Так, например, займы маклерам составляли в конце 1922 г. 1 926 800 тыс. долл.; в конце 1929 г. они дошли до 8 549 338 979 долл.
С 1922 по 1929 г. средняя цена акций поднялась, по данным Общего статистического управления, с 60 до 212 долл, за акцию, и были организованы сотни акционерных компаний, инвестиционных трестов и тому подобных сомнительных предприятий.
Тревога, вызванная феноменальным увеличением ссуд маклерам, время от времени ослаблялась успокойтельными заявлениями Президента Кулиджа и министра Меллона. Но весной 1928 г. управление резервов с целью обезоружить критиков утвердило повышение процента учета векселей с 4 до 5%. Однако для ликвидации спекулятивного ажиотажа требовалась гораздо более высокая расценка. С весны 1928 г. до весны 1929 г. общая сумма ссуд маклерам удвоилась. В начале 1929 г. предостережение, сделанное управлением резервной системы, повело к увеличению количества денег на онкольном счету на 20%, в то время как ведущие коммерческие банки отступили в нерешительности; выход из тупика был найден Чарлзом Э. Митчелом, председателем "Нэйшнл сити банк", который бросил на денежный рынок 25 млн. долл, и воинственно объявил, что нуждающиеся в ссуде получат, сколько захотят. Нью-Йорк открыто управлял Вашингтоном.
Расследование деятельности Уолл-стрит, произведенное в 1933 г. сенатской комиссией по делам банков и валюты, изложено в 8 томах убористого шрифта, содержащих свыше 10 тыс. страниц. Этому расследованию предшествовало следствие 1932 г., отчет о котором занимает 3 толстых тома. Факты, установленные в ходе этих двух расследований, были дополнены исчерпывающим обследованием компаний по использованию электроэнергии и "Америкен телеграф энд телефон Компани", предпринятым федеральной торговой комиссией, расследованием сенатской комиссии по торговле между штатами обстоятельств ограбления банками железных дорог и специальным расследованием, произведенным комиссией по ценным бумагам и биржевым операциям. Повсюду было обнаружено одно и то же, а именно — сплошное преступление; преступления были настолько всепроникающими и получили такое широкое распространение, что в них невозможно найти ни начала, ни конца, и человеческой жизни мало, чтобы разобраться в этом лабиринте. Поэтому совершенно невозможно дать здесь полный отчет о них. Выборки из материалов расследования сделаны нами с целью показать, что, во- первых, беззакония и интриги богачей б-ыли полностью санкционированы свыше, а во-вторых, что во всем этом были замешаны лично и почти исключительно богачи, использовавшие свое политическое могущество для. приобретения безнаказанности.
Сенатский отчет № 1455 о практике биржевых операций (комиссия по банкам и валюте, конгресс семьдесят третьего созыва, вторая сессия) сообщает, что именно крупнейшие банки и крупнейшие корпорации выбросили на денежный рынок тот искусственно созданный избыток наличных, который сыграл роль горючего в спекулятивном пожаре. Лица, контролировавшие эти банки и корпорации — директора, администраторы и акционеры,— внесли больше всего пожертвований в фонды избирательных кампаний обеих ведущих политических партий. Продолжение этой политики гарантировалось контролем господствующей верхушки крупного капитала над федеральной резервной системой.
Согласно сенатскому отчету, в 1929 г. 33 ведущих коммерческих банка, начиная с "Чейз нэйшнл" и "Нэйшнл сити" и кончая целым рядом нью-йоркских, филадельфийских, бостонских и чикагских банков, выдали биржевым объединениям 34 ссуды на сумму 76 459 550 долл, и в 1930 г.— 45 таких ссуд на 34 922 750 долл. На свой страх и риск эти банки через свои филиалы, оперировавшие ценными бумагами, сами принимали участие в 454 таких биржевых объединениях, цель которых состояла в том, чтобы по искусственно вздутым ценам сбывать акции широкой публике, обманутой газетами и политическими лидерами. Согласно сенатскому отчету, в 1929 г. было произведено не менее 105 отдельных биржевых выпусков ценных бумаг, которые стали предметом манипуляций биржевых объединений.
