Профессор Линдеман опровергает насаждаемое газетами представление, что большие суммы денег оставляются на филантропические цели по завещаниям. После тщательного изучения завещаний, зарегистрированных в Нью-Йорке в 1927—1933 гг., Линдеман пришел к заключению, что 94% богатств переходило по завещаниям к родным и друзьям. Так как в Нью-Йорке сосредоточена большая часть крупных состояний страны, то такое распределение в течение семи лет частной собственности на сумму 11 500 млн. долл, должно считаться достаточно показательным примером того, как распределяются в Соединенных Штатах богатства по завещаниям.
Не приобрела ли, однако, филантропическая деятельность большего размаха, чем когда бы то ни было, после гражданской войны, в эпоху господствующего влияния банкиров и промышленников?
К сожалению, снова приходится ответить отрицательно. Генри Димарест Ллойд в книге "Богатство против общественного блага" цитирует следующее высказывание комитета нью-йоркской ассоциации объединенных госпиталей, относящееся к 1893 г.: "Комитет нашел, что вследствие устранения старых методов частной конкуренции после организации современных крупных трестов и корпораций серьезно пострадал доход тех благотворительных учреждений, которые существуют на добровольные пожертвования отдельных лиц".
По сравнению со всеми доходами и прочими затратами сумма пожертвований филантропическим и благотворительным учреждениям попрежнему имеет тенденцию к понижению. По материалам фонда "Голден рул", в 1936 г. общенациональный доход был больше, чем в 1932 г., на 48 718 млн. долл., что составляет увеличение на 61%. В этот же самый период доходы 105 крупнейших промышленных корпораций возросли на 3 975%, в то время как пожертвования на колледжи, общую благотворительность и церкви упали соответственно на 18, 24 и 30%. Среди богатых и могущественных семейств, которые не обнаруживают серьезной склонности к филантропии, находятся Меллоны, Форды, Дюпоны, Фишеры, Филды, Фиппсы, Бервинды, Бейкеры, Маккормики, Рейнолдсы, Меткафы, Грины, Фрики, Морганы, Стиллмены, Райаны, Тафты, Гульды, Брэди, Гуггенхеймы, Вандербильты, Гойлеты, Асторы и большинство остальных семейств.
"Исследование организованной филантропии в Соединенных Штатах, — говорит крупный социолог Эпштейн, — свидетельствует скорее о скупости большинства, нежели о великодушии. Даже при поверхностном изучении становится ясно, что миф о нашей непревзойденной щедрости основан всего лишь на благотворитель, ных дарах крошечной кучки людей, отдающих малую долю своих колоссальных состояний".
"В городах, где деньги собираются местными благотворительными организациями, число жертвователей никогда не превышает 17% всего населения. 360 американских местных благотворительных организаций, несмотря на сопровождающий их кампании барабанный бой, лесть и умелую рекламу, не собирают более 80 млн. долл, в год — менее половины суммы, уплачиваемой согласно одному лишь закону о компенсациях рабочим". Эпштейн указывает, что менее восьмисот частных лиц и корпораций внесло единовременный взнос в 250 долл, или больше, чтобы стать пожизненными членами Ассоциации по улучшению жизненных условий бедняков в Нью- Йорке.
"Людям, занимающимся сбором денег на благотвори, тельные цели, хорошо известно, что в Соединенных Штатах от выполнения своих обязанностей уклоняются не бедняки, а самые богатые и уважаемые ссобы, — говорит Эпштейн.
— Во многих городах благотворительные организации тратят на облегчение нужды рабочих некоторых корпораций гораздо больше средств, чем составляют пожертвования этих фирм. Один детройтский адвокат недавно сообщил в своих показаниях перед сенатской комиссией, что в то время как 36% затрат городского фонда помощи безработным составляют пособия оставшимся без работы фордовским рабочим, сам Форд даже не платит городскому самоуправлению никаких налогов. 130-тысячный взнос Эдзеля Форда в казну детройтской благотворительной организации составляет около 15% суммы, которую город ежемесячно расходует на помощь уволенным Фордом рабочим. Ряд руководителей благотворительных организаций полностью возлагает вину за провал их последних кампаний на самые богатые слои общества".
Эпштейн указывает, что частная благотворительность "никогда не сможет облегчить все возрастающие затруднения, присущие промышленному строю, а также вызывает серьезные возражения и по другой причине: при этой системе вся тяжесть социальных зол почти полностью ложится на основную массу лиц, живущих только на свой скудный заработок, но лишенных возможности отказаться жертвовать на благотворительные цели, когда им предлагает это хозяин. Это полностью противоречит современному принципу строго пропорционального распределения обложения. Большая часть состоятельных людей совершенно уклоняется от уплаты своей доли".
Но разве в благотворительных фондах не сосредоточены огромные суммы'денег?
