Он не закричал. Не почувствовал боли.
Он принял это.
Когда ритуал закончился, Сергей лежал на полу. Его тело было покрыто потом, он дрожал.
Но внутри… внутри него теперь было что-то новое.
Кровавый клинок.
Львов медленно встал и вытянул руку. Клинок возник в руке Сергея, стоило лишь сконцентрироваться на боли, на смерти, на ненависти. Чёрное лезвие с красными прожилками, словно оно состояло из самой ночи и крови. Львов медленно провёл своим новым оружием по ближайшей стене — бетон рассыпался, словно бумага.
Сергей улыбнулся — и снова услышал голос. Новый. Не такой, как раньше. Этот был тише. Но гораздо страшнее.
Сергей сжёг тело и вышел из автосервиса. На улице медленно падали крупные хлопья снега. В небе взрывались фейерверки.
Парень посмотрел вдаль, в сторону центра Москвы. Где сейчас, возможно, Марк праздновал Новый год. С друзьями. С семьёй.
Львов хищно улыбнулся, и прошептал:
— Пусть начнётся игра.
И шагнул в ночь.
Марк вышел на балконе. Внизу раскинулся праздничный город, вверху взрывались фейерверки. В квартире вовсю шло празднование Нового года — друзья, отец, братья, команда по чароболу — сегодня он собрал всех, кто был ему дорог.
Парень приподнял бокал, сделал глоток шампанского. В голове крутились разные мысли о прошедшем году. О Салтыкове, о корпорации, об Эфире. О новых проектах. О магии, которую он усилил. О людях, которых встретил.
Но внезапно…
Холод.
Марк ощутил его в груди. Как удар. Как что-то древнее, проснувшееся где-то вдалеке. Он замер. Вздохнул. Посмотрел в сторону окраины.
— Что за дерьмо космочервей… — прошептал он.
Ему показалось, что мир на секунду сжался. Что где-то вдалеке, на самом краю реальности, что-то изменилось.
И это «что-то» было направлено на него.
Подъезжая к поместью Салтыкова (его личный водитель всё ещё катал меня на дорогущем мобиле князя), я смотрел в окно на падающий снег и размышлял о прошедшем месяце. Даже о двух, пожалуй.
Да уж… Сказать, что я совершил невозможное — не сказать ничего! Это же надо придумать, полностью скопировать личность человека! И не просто память и сознание — но ещё и энергетику!
Ну… То, что от неё осталось. Всё-таки проклятье неизвестных наёмных убийц (которых, кстати, так и не нашли) изрядно потрепало Петра, и теперь он находился плюс-минус на моём уровне.
Ха! Учитывая, что проклятье сожрало примерно половину его энергетики, до покушения он был Знатоком, не меньше! В таком-то возрасте… Вот, что значит древняя кровь… А ещё — доступ к деньгам, катализаторам, знакомствам и власти с самого рождения.
Однако теперь Пётр находился «взаперти»… И как его вытащить из магической реальность — я пока не знал.
Бедолага, даже к новостям доступа, фактически, не имеет — для этого у него теперь есть отдельный человек, который ежедневно подключается к МР 2.0, и рассказывает Салтыкову всё, что тому интересно.
Я подумывал настроить прямое подключение к сети, и для этого у меня даже идеи были — но поразмыслив, от этой идеи пришлось отказаться. Нельзя было, чтобы хоть кто-то узнал, что и как у нас происходит. И уж тем более я не собирался оставлять для хакеров даже гипотетическую возможность проникновения в нашу магическую сеть.
Так что приходилось Пётру, как в стародавние времена, слушать пересказы специального человека о том, что происходит в мире.
Вспомнив, как бедолага Федот пересказывал наши последние чаробольные матчи, я улыбнулся. Вот уж ему пришлось постараться, чтобы в красках описать происходящее.
Хотя лично мне магический спорт был уже не то чтобы сильно интересен — времени на него просто не осталось. Ну и как итог — наша команда вылетела из всероссийского первенства…
Правда, четвертьфинал тринадцатого ноября, проходящий по «нормальным» правилам против Казанской Академии Магического Искусства, мы выиграли без проблем. Но затем, из-за того, что я полностью погрузился в спасение Салтыкова и, фактически, забил на тренировки, столкнулись в полуфинале с Хабаровским Университетом «Магическая вершина» — и продули…
Не с треском — всего с отрывом в три мяча, но путь к финалу для нас оказался закрыт.
Так что оставалось лишь сыграть последнюю игру за третье место в декабре — что мы и сделали. И хоть я и появлялся на тренировках по остаточному принципу (что изрядно бесило Чехова) — но всё же вырвали победу из зубов Сочинского Стихийного Института.
И даже призы получили — каждого из команды наградили памятной медалью и именными защитными амулетами десятого класса.
