Знаю только, что Петров плавает лучше всех. Что он там какой-то кандидат или мастер, и поэтому уходит под воду бесшумно и даже как-то лениво.
Вот и хорошо. Под водой нужно поспешать медленно. Так что пусть идет вперед.
– Ну, что там?..
Совсем загонял я Петрушу. Ну ничего, сейчас отплюется.
– Ну?
– Есть проход, только воздуха мало. Все не разместимся.
– Разместимся. Пойдем осторожно, двумя партиями. Так. Петруша, пузырь у буфетной?
– Да, в самом верху.
– Возьмешь троих – и туда. Разместишь покомпактней, потом вернешься за остальными. Понятно?
– Понятно.
– Развесишь их по трубам так, чтоб другие смогли вынырнуть.
– Ясно.
– Пошли.
Хорошо, что есть на свете Петров, а то б пришлось самому метаться сначала на разведку, а потом – замыкающим. Быстро сдох бы. А так есть Петров – пошел вперед. А я могу подумать. В голову ничего не лезет, кроме декомпрессии. Как я их наверх пошлю без нее.
К черту декомпрессию! Не думать о ней. Ты сначала доберешься до первого.
Ты обязательно доберешься до первого – вот тебе мысль, которую нужно повторять. Лопни, а доберись до первого. Понял? Хорошо!
– Ну как там, Петруня?
– Первые висят.
– Молодец, бери следующих.
– Есть.
– И место мне оставьте.
– Есть.
– И приплыли, прилипли, повисли без ног. А то влупите мне вшестером по черепу – и я тут же сдохну.
– Ясно.
– Пошел.
Всплеск и потом еще два – ушли. А вот за мной не придет никто. Я должен появиться там сам. Без сопровождения. И никто не должен знать, что мне страшно, что мне ох как страшно, что я молиться готов, что я готов боготворить любого, кто нас отсюда достанет. Они, бедняги, думают, что это я их отсюда выведу, выну через люк, доставлю на поверхность, а там и до берега недалеко. Они не знают, как мне страшно.
И не должны узнать.
Поэтому я приплыву последним. Раз, два, три – пошел. Нужно нырнуть вниз до трапа, потом по трапу налево, полметра вперед до стены, потом по стенке до переборочной двери – вот она; через дверь – вперед на один метр, потом вправо – будет поручень – вот он; по нему вверх по трапу брюхом – береги голову – и теперь осторожно вверх…
…у нас не было коньков, потому что на юге не бывает льда. Зато у нас были самокаты на шарикоподшипниках – тяжеленные, неудобные, и мы носились по улицам с ужасным грохотом…
Все на месте?
Я их не вижу, но уже научился чувствовать по дыханию. Чувствую – все, но на всякий случай…
Перекличка.
Откликаются.
– Всем отдыхать, у нас последний отсек.
Отдыхаем, отдыхаем, отдыхаем.
Ловлю себя на том, что не хочу думать о погибших. А их тут, судя по тому, как мы на что-то все время натыкаемся, хватает. Но об этом лучше не думать. Наткнулся – оттолкнул в сторону.
– Отдышались? Хорошо. Петров, проверь носовую переборку.
Всплеск – и он ушел под воду. Сейчас он погрузится вертикально вниз – я мысленно представляю себе, как он это делает: через два метра по трапу уйдет вправо, и там до переборки метра четыре – всего десять секунд. Назад – еще десять.
Всплеск – готово, вынырнул.
– Ну?
– Переборочная дверь закрыта.
– Обжата?
– Да.
– Пробовал открыть?
– С той стороны кремальеру не дали повернуть.
– Значит, там есть люди, и они не идиоты. Над дверью, помнится, был ключ для вскрытия банок регенерации. Постучал?
– Постучал.
– И что?
– Тоже постучали.
– Так! Значит, первый не затоплен, и там есть люди.
И они нас не пустят в первый. И будут правы. Чего ради.
Если они стоят у переборки, значит, у них почти сухой отсек. В нем, может, и электричество есть.
Если они впустят нас – отсек наполнится водой. Так что первым делом надо закрыть переборочную дверь в третий отсек, после этого можно объединять первый и второй.
Если тебе позволят это сделать.
Во втором примерно двести кубов воды. Если половина уйдет в первый, там останется еще двести кубов воздуха.
А если они дадут нам ВВД в отсек? Из любого отсека в соседний можно дать ВВД.
Если у них есть ВВД.
Конечно есть. Обязательно есть. И они нам его дадут, потому что не сволочи.
Тогда не нужно закрывать дверь в третий – только так можно выгнать из отсека водичку: передавить ее в соседний. Не всю, конечно, но кое-что.
А давление возрастет до пятнадцати, а то и больше.
Ну, это еще вопрос. Из шести носовых отсеков затоплено пять. В каждом воздушная подушка составляет примерно десятую часть объема. Из второго нужно перекачать в них около ста пятидесяти кубов. Не меньше. Насколько это повысит давление, сказать трудно. Одно точно – давление вырастет. Как же они тогда будут дверь во второй открывать? У них же там одна атмосфера.
Может быть, и одна.
Вполне возможно.
И чтоб открыть, они и у себя должны повысить давление. Для этого нужно уравнять давление между первым и вторым. Это можно сделать через переборочные захлопки по вдувной или вытяжной вентиляции, а они в верхней части отсека. Так что порядок. Значит, не закрываем дверь в третий…
…выпадал снег. Пушистый. У нас на юге это событие. Это было здорово. Отменяются уроки, и мы всем классом идем играть в снежки…
…Сплаваю-ка я до первого.
– Петрович, ключ для вскрытия банок регенерации на месте?
– Да.
– Остаешься за старшего. Я – до переборки в первый. Надо поговорить.
