Но как бы там ни было, ничего не происходило и не менялось. Настя не спешила навестить свою пленницу, и я окончательно убедилась в том, что она ждет. Ждет, когда я подам голос! Примерно так же, как я вчера ждала, чтобы она просила остановить машину… Какая же она коварная, мстительная и хитрая особа!
Остатки моей гордости никак не позволяли мне позвать Настю, но при этом я понимала, что все это может продолжаться еще очень долго. Но возбуждение отнимало силу разума, и о гордости я потихоньку начала забывать… В этом раунде Настя явно победила.
Решив покориться неизбежности, я собралась с духом и негромко позвала:
- Настя!..
Затаив дыхание, я прислушалась, но ответом мне была лишь тишина… Я подождала немного, отбросив нелепые мысли о том, что Настя могла вот так меня оставить и уехать по каким-нибудь своим делам.
- Настя!!! – позвала я уже громче, но с отчетливой ноткой беспокойства в голосе.
Если она и не уехала, то может просто находится в другом крыле дома и совсем меня не слышит, думая, что я до сих пор сплю! Но томиться в этом гордом одиночестве я больше не могла и потому снова набрала в легкие побольше воздуха… И в этот момент дверь спальни отворилась, а я замерла с раскрытым ртом.
Выдохнуть я смогла, а вот вдохнуть почему-то уже было сложно. На пороге появилась Настя, и ее образ поразил меня настолько, что я сразу позабыла, что готовилась ей высказать, и могла лишь ошеломленно хлопать ресницами и глядеть на нее круглыми от удивления глазами.
Она была одета в черный блестящий корсет, невероятно грациозно подчеркивающий талию и крайне дерзко поднимающий грудь. Была на ней также короткая до невозможности юбка, такая же черная и блестящая, как и корсет. Я не могла сейчас понять, что же это за материал… Может быть латекс?.. На стройных ее ногах были темные матовые колготки, а обута она была в черные лакированные туфельки на высокой хромированной шпильке. Шикарно завитые волосы спадали на обнаженные плечи волнистыми прядями, а глаза этой пантеры горели зеленоватым огнем какой-то дикой, с трудом сдерживаемой страсти!
Переведя наконец дыхание, я нервно сглотнула и продолжала глупо смотреть на Настю во все глаза, а она, задержавшись на входе на секунду и окинув взглядом кровать с украшением в виде раздетой, зафиксированной и беспомощной блондинки, вошла в спальню и, сделав несколько шагов, остановилась, посреди комнаты. Наши взгляды встретились.
- Доброе утро, мой сонный Ангел, – произнесла она мягким, нежным голосом, что как-то даже зловеще прозвучало при всей этой обстановке. – Хорошо поспала?
Мой язык отказывался мне повиноваться, а мысли спутались окончательно. Я-то, глупышка, думала, что начала привыкать и понимать Настино поведение, но сейчас она сразила меня наповал одним лишь своим нарядом… О том, что она со мной сделала я вообще молчу! Ну а о том, что могло меня еще ожидать, я даже как-то боялась и думать… Меня раздирало противоречивое чувство, состоящее из смеси желания получить вожделенную свободу, вырваться из этого беспомощного положения и от желания несколько другого характера, отчасти, быть может, даже совсем противоположного.
Настя улыбнулась моему молчанию и, грациозно пройдясь рядом с кроватью и не сводя с меня глаз, остановилась возле бортика и произнесла еще более сладким тоном:
- Ну что ты молчишь, моя дорогая? Все в порядке?..
Да она прямо с ходу уже откровенно принялась глумиться надо мной! Ко мне вернулся дар речи, и я пробормотала негромко, стараясь пока сохранять спокойствие:
- Что все это значит?..
О, невинная улыбка на ее губах приобрела оттенок какого-то ехидства… Ну все, мне конец! Теперь я убедилась, что попала основательно.
- Что ты имеешь в виду, Ксюша? – спросила она, мило склонив голову на бок и приподняв брови.
Я не выдержала и вскричала:
- Ты что со мной сделала, маньячка?! По-твоему это нормально – проснуться и обнаружить себя прикованной к постели цепями?! Отпусти меня! Немедленно!
Она и глазом не моргнула, лишь снова улыбнулась и приложила палец к губам:
- Тсс… Тихо, тихо, малышка! Ну что ты раскричалась…
Я в отчаянии рванулась и вновь упала на подушки, устремив взгляд на мою мучительницу.
- Отпусти меня! – проговорила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. – Как ты все это сотворила?!
- Ксюша, тихо!
- Никакое не тихо! – продолжала я бушевать. – Как тебе это удалось? Как?!
- Ты задаешь не тот вопрос, любовь моя, – произносит она невозмутимо и, отойдя от бортика, обходит кровать сбоку.
Я беспокойно следила за ней настороженным и подозрительным взглядом, а она продолжила:
- Но если тебе так это интересно, то ты крепко спала, и вся была такая доступная…
- Доступная?! – воскликнула я. – Ты что со мной делала этой ночью?! Это ты на меня надела розовое белье? Не могла я так крепко спать!..
И тут именно сейчас я вдруг вспомнила, в каком тумане закончился наш вчерашний разговор за бокалом вина.
- Ты что, опоила меня?! – проговорила я, осознав приблизительную цепочку событий. – Ты меня усыпила?! Ах ты…
