- Уже нет. Такая уж она – борьба за справедливость. Чем-то приходится жертвовать. Пойду работать официанткой или танцовщицей. На эти должности возьмут даже с авиационным образованием.
- Ксюша, Ксюша… – протянула она, улыбнувшись и погладив меня по щеке. – Знаешь, не расстраивайся! Я могу предложить тебе место горничной в своем доме!
- Настя!.. – воскликнула я, закрывая лицо руками. – Что ты такое говоришь!
- Как?! Тебе не нравится такое предложение?!
- Да зачем тебе горничная, когда у тебя есть преданная рабыня, любящая тебя больше собственной жизни?.. – я посмотрела на нее и слегка покраснела. – Сама подумай, горничная не станет терпеть ни сексуального насилия, ни кандалов, ни ошейников! И потому такое предложение мне совсем не подходит.
Она слушала меня, подперев рукой щеку и улыбалась краешком губ, но больше все-таки глазами.
- Тебе не угодишь, – заметила Настя. – Значит придется оставить все как есть… Ну а если серьезно? Меня это волнует, потому что знаю тебя и понимаю, что без дела ты сидеть не сможешь.
Я вздохнула и ответила:
- Придумаю что-нибудь… До конца недели может и появятся какие-нибудь идеи.
- Иди ко мне, – поманила она меня, предлагая придвинуться ближе.
И с радостью снова прильнула к ней, и тогда она негромко произнесла мне на ушко:
- Все будет хорошо, ты справишься, Ксюша. А если что-то пойдет не так помни о том, что я рядом. Мне не хотелось бы, чтобы ты замыкалась в какой-то трудной ситуации и отстранялась от меня, слышишь?
- Да… – отозвалась я, прикрыв глаза. – Да, я слышу… Я совершила ошибку, сразу не поделившись с тобой всем, что меня волновало…
- А еще ты все же сбежала, – напомнила она.
- Мне нет никакого оправдания, – я прижалась к ней еще сильнее. – Теперь ты накажешь меня, да?
- Можешь в этом не сомневаться, – уверила она меня. – Я лишь хочу спросить тебя – ты готова продолжить?
Я немножко отстранилась от нее, чтобы посмотреть ей в глаза.
- Продолжить что? – спросила я.
- То, что ты вчера назвала играми! – слегка прищурив глаза, пояснила она. – Мне хочется верить, что ты сделала это, поддавшись истерике и панике, но на самом деле ты так не думала. Это ведь правда?
Смутившись, я отвела глаза в сторону и тихо произнесла:
- Это была истерика, прости меня… Я уже сказала, что хочу остаться в полной твоей власти, хочу, чтобы мы продолжали… И это правда!
С минуту она молчала, видимо глядя на меня. Я повернулась и убедилась, что это так и было.
- Хорошо, – ее губы наконец тронула улыбка, правда не лишенная лукавства и, как мне показалось, даже некоторого коварства.
Настя потянулась к своему жакету, сунула руку в кармашек и извлекла оттуда звякнувшие металлом наручники. Она положила их передо мной, и глухой стук, с которым они коснулись поверхности стола, показался мне раскатом грома!
Секунду я ошарашенно глядела на поблескивающие хромированной сталью браслеты, а затем поспешила схватить их и убрать на сиденье дивана, между собой и Настей.
- Господи, Насть! – проговорила я, опасливо озираясь. – Что ты делаешь?!
И хотя в полупустом и неярко освещенном зале вроде бы никто на нас не смотрел, мне все равно было не по себе.
- Надевай! – услышала я Настин голос, прозвучавший требовательно, но с затаенными веселыми нотками.
Ощутив, как вспыхнули кончики моих ушей и как заколотилось мое сердце, я безмолвно и в недоумении уставилась на Настю, которая оставалась совершенно невозмутимой.
- Ты в своем уме?! – шепотом отозвалась я, лихорадочно пытаясь понять по ее взгляду, серьезно ли она говорит.
Лицо ее посуровело, и она негромко ответила:
- Отныне и впредь, Ксения, за такие слова я буду бить тебя по губам. Просто запомни и потом не удивляйся. Твое счастье, что мы в людном месте.
От возмущения у меня перехватило дыхание, и лишь спустя некоторое время я снова обрела дар речи.
- Счастье?.. – проговорила я не без язвительности в голосе. – Присутствие посторонних не помешало тебе полчаса назад сломать человеку руку!
- Я защищала тебя. Кто мог знать, что было на уме у этого пьяного хулигана? – спокойно возразила она. – Будь уверена, в другой раз я поступлю точно так же.
Я снова не нашлась, что сказать и умолкла, а она продолжила:
- Буду честна с тобой – даже когда кто-то из моих друзей или знакомых прикасается к тебе без какого-либо умысла, меня это нервирует. Что уже говорить о каких-то там проходимцах с улицы! Ты только моя, Ксения! Ты принадлежишь мне, помни об этом всегда.
Ну и разошлась она! Мгновенно вернулась в свой образ, который сейчас, как мне показалось, даже значительно преобразился. Таких откровений я от нее еще не слышала… Они испугали меня!.. Испугали и завели в то же самое время… Мне снова стало жарко, и возбуждение предательски начинало затуманивать мой рассудок! Как она умеет так повлиять на меня? Ну как?! Или все дело во мне?..
Немножко овладев собой, я произнесла в растерянности и со смешанными чувствами:
- Насть… Но ведь есть и мои друзья, мои знакомые… Если кто-то из них вдруг прикоснется ко мне, ты что, будешь готова уничтожить их за это?..
