По телу пробежал беспокойный холодок, сознание начало возвращаться ко мне. Возвращаться неумолимо и стремительно.
С невероятным усилием я заставила себя оторваться от божественно сладких Настиных губ.
- Постой… Подожди… – задыхаясь, едва слышно взмолилась я. – Прошу, остановись…
Она приподнялась, дав мне немного свободы, и я испуганно отползла к самому краю дивана, дрожащими руками заставляя себя приподняться в попытке сесть. Когда мне это удалось, я приложила ладонь к горящим губам и виновато, со страхом и отчаянием посмотрела на Настю.
Кажется, у меня шок.
Настя, раскрасневшаяся, со сбитым дыханием, тоже выглядела растерянной, виноватой и ошарашенной всем этим. Она сидела на диване, растрепанная, в помятом платье и с каким-то блуждающим взглядом. Наверное, и я выглядела сейчас точно так же.
- Прости меня… – прошептала я. – Прости, умоляю… Я сошла с ума…
- Это ты прости, – она, кажется, боялась даже смотреть в мою сторону. – Я не должна была… Я не имела права…
Приложив ладонь к пылающему лбу, я тихо проговорила:
- О, нет…
Это было то, чего я так опасалась! То, чего нужно было ожидать и что в итоге и произошло! Она будет винить себя, будет чувствовать себя ответственной за то, что случилось, хотя всю эту сцену спровоцировала я сама, поддавшись своему безумству! И эта мысль теперь разрывала меня на куски!
- Ты не виновата! – почти простонала я. – Это все я, это у меня крыша съехала… Я сама не знаю, что натворила… Прости меня, Настенька… Пожалуйста…
Она подняла на меня взгляд, полный отчаяния, и мне больно было смотреть в эти глаза. Они… Они вдруг стали так дороги мне!
- Прошу, позволь мне лечь спать… – очень тихо сказала я, опасливо поглядывая на нее. – Пожалуйста… Голова кружится…
Мне сейчас очень, ну просто очень нужно прийти в себя и заново переосмыслить то, что мы сейчас натворили! И ей, наверное, тоже.
- Конечно… – произнесла она медленно, поправляя растрепавшиеся волосы. – Конечно, Ксюша… Ложись спать. Наверное… Наверное, нужно просто успокоиться.
Меня словно кинжалом пронзили эти слова, в которых я чувствовала какую-то боль, грусть и потерянность. Меня убивал этот полный печали взгляд!
Чтобы не расплакаться прямо здесь, в ее присутствии, я вскочила и заспешила к выходу из гостиной, чтобы поскорее укрыться в спальне и забраться под одеяло с головой!
Боже мой, ну и вечер! Да что же такое мы наделали! Зачем?! Зачем мы уничтожили то, что было между нами и так на очень тонкой нити?! О, зачем же?! Настенька…
Оказавшись в своей розовой спальне, я заперла дверь изнутри, будто бы кто-то гнался за мной и вот-вот должен был ворваться в мое укрытие. Срывая с себя платье, я чувствовала, что глаза наполняются слезами от жгучего чувства вины.
«Дура!» – услышала я свой проклятый внутренний голос. – «Ну что, удачно приземлилась? Стойки шасси заело, и ты грохнулась брюхом на свою полосу?»
«Нет…» – раздраженно бросила я в ответ. – «Боковой ветер не учла. Закрой свой рот!»
«Боковой ветер!» – усмехался голос. – «Ну да, нехило так дунуло!»
«Сволочь ты… Ненавижу тебя!»
«Себя, Ксюша, себя!..»
Присев на кровать, я непослушными, дрожащими пальцами принялась расстегивать ремешки босоножек. Безуспешно! Мысли не давали возможности выполнить простое действие – расстегнуть дурацкие ремешки!
Бросив все попытки разуться, я выключила ночник и в бессилии упала спиной на мягкое одеяло, неловко укрываясь его краями. Вот это хаос в моих несчастных мозгах! Все, теперь точно все!.. Мне нужна помощь психолога!..
…Не знаю, сколько я пролежала так в этой сумрачной тишине, но через какое-то время за дверью послышались шаги. Даже не шаги, а шелест Настиного платья. Похоже она прошла мимо… Да, так и есть. Вот щелкнул язычок двери ее спальни.
Боже мой, как все по-дурацки получилось… Какая же я идиотка!
А Настя? Бедная Настя! Нашла себе в подруги ненормальную, неуравновешенную бестолочь! О, как же мне стыдно…
Время шло, и дрожь в моем теле начала потихоньку униматься, но сна не было ни в одном глазу. Мысль о том, что завтра придется вновь увидеть Настю, после всего этого, терзала нещадно.
«Беги, Ксюша… Ты не должна здесь больше оставаться! Это неправильно! Ты сделала все так, что хуже уже просто некуда…»
Эта мысль сейчас показалась мне единственно верной, и я, выбравшись из-под одеяла, села на кровати.
Появилась цель и я, сама не до конца понимая происходящего, принялась действовать быстро и уверенно, будто на автоматизме. Справившись с ремешками, я, наконец, сумела разуться и, стянув чулки, тихонько подошла к двери.
Сколько же сейчас времени? Мой телефон засветился у меня в ладони – почти полночь!
Погасив экран мобильника, я очень осторожно, смертельно боясь хоть чуточку нашуметь, отперла дверь и приоткрыла ее. Выглянув в темный коридор, я посмотрела в сторону Настиной комнаты – полоски света под дверью не видно. Но, быть может, она все равно не спит?..
Опасливо выбравшись из спальни, я, нащупала рукой стену и осторожно прошла по коридору в сторону лестницы, идя на свет, падающий сквозь высокое окно откуда-то с улицы, наверное, от фонарей.
