Но хуже всего было то, что я слышал противный звук. Тонкий, жужжащий, почти музыкальный — но при этом наполненный угрозой.
Как если бы комар захотел стать скрипачом.
Точнее — пара десятков комаров…
Они появились, когда я выбрался на небольшой скалистый участок, чуть возвышающийся над болотом — примерно на полпути к загадочной мерцающей арке.
Летающие хитиновые твари, размером с крупную собаку, но похожие на стрекоз — со множеством конечностей, длинными хвостами и огромными глазами с десятками зрачков, наполненными холодным свечением.
Вынырнув из темноты со всех сторон, они двигались быстро, почти хаотично, но при этом как бы следовали некоему общему «рисунку»…
Я не спешил атаковать — хотя и не надеялся на хороший исход этой встречи.
Одна из тварей зависла передо мной, взмахнув перепончатыми крыльями, и в тот же момент из её задней части, увенчанной жалом, как у осы, вырвалось облачко пыли — тонкой, серовато-зелёной, с явно вредным запахом.
Мне не нужно было пробовать эту дрянь на вкус, чтобы понять — это яд.
Из тьмы появлялись всё новые и новые твари, окружая меня плотным кольцом…
— Ну что ж, — я повёл руками вокруг себя, — Давайте поговорим…
На пальцах вспыхнули языки пламени — и я тут же качнул в них прорву стихийной энергии, закольцевал…
Пламя рвануло в стороны ровно в тот момент, когда десятки тел «стрекоз» устремились ко мне.
Воздух мгновенно наполнился запахом палёного мяса и хитина.
Твари завизжали — высоким, противным звуком, который резанул по ушам. Но атаковать не прекратили — даже те, что горели, всё равно пытались добраться до меня, стремясь вцепиться в кожу или выбросить ещё порцию ядовитой пыли!
— Какие вы решительные…
Я взмыл в воздух, постаравшись не потерять контроль над пространством — и ударил ещё одной огненной волной, услышав приближение новых противников.
Вспыхнуло!
Удар получился мощнее, сожрав процентов пять резерва Искры. Вокруг меня расцвела огненная сфера — и стремительно расширяясь, сожгла очередной вал тварей, и хорошенько высветила окрестности.
— Дерьмо космочервей…
В темноте над болотом были тысячи этих тварей — и превлечённые яркими вспышками, устремились ко мне…
— Проклятье!
Ругнувшись, я подкинул себя в воздух и направился в сторону светящейся арки. Чтобы сжечь этих сволочей мне придётся всё потратить!
Однако свалить было не так просто — уже на втором прыжке в меня врезался рой «стрекоз». Твари снесли меня с заданного курса, сгорели в магической защите — но уронили в воду.
РЫВОК!
Мощный поток воздуха протащил меня по тине и швырнул вперёд и вверх.
В последний момент увидев перед собой накатывающую волну «стрекоз» я снова жахнул огнём — и, буквально, «прожёг» себе путь, приземлившись на небольшой каменный осколок.
Сотни, тысяч тварей за моей спиной перестроились и рванули следом.
Я подкинул себя снова — и снова попытался уйти.
Эти существа действовали не хаотично. Кожу ощутимо показывало от магии, когда рой оказывался рядом — но у тварей не было собственной магии…
Значит, кто-то контролировал их?
Во время следующей атаки я не стал убивать всех тварей (хоть и снова сжёг пять процентов резерва) — и послал в «перестраивающихся» монстров волну ментального сканирования.
Оно должно было помочь мне определить наличие разума — или хотя бы намёк на него.
Ответ был быстрым — и неожиданным.
Краткая вспышка сознания — неясная, раздробленная, но такая реальная. Жажда, голод, возбуждение и радость… Всё это передавалось сотням, тысячам «стрекоз» и исходило от одного существа, которое где-то дальше…
Прыгнув снова, я скорректировал курс, на этот раз ориентируясь на ментальный отклик — и с криком врезался в стену тварей, запустив вокруг себя вихрь воздушных клинков. Он жрал меньше энергии, нежели огонь, а действовал не менее эффективно.
Воздух наполнился чавканьем и хрустом перемалываемых хитиновых тел. Следом — ещё одна волна огня, чтобы расчистить пространство — твари пёрли со всех сторон, перекрывая обзор…
Вон он! Сидит на каменном выступе, сволочь…
Предводитель, мать его…
В отличие от своих сородичей, этот был не просто крупнее.
Он был… другим. Тело твари покрывал темно-изумрудный панцирь, плотный, словно сделанный не природой, а кем-то разумным. На спине у него были широкие крылья — не просто кожистые перепонки, а сложная конструкция из множества сегментов, переливающихся ядовитым светом. Он парил, не двигая ими, будто сам воздух поддерживал его вес.
Лапы «вожака» были длинными, изогнутыми, с когтями, которые, казалось, могли прорвать камень. Голова — устрашающая смесь насекомого и полуразложившегося черепа: глубоко запавшие глазницы, вытянутая челюсть, усеянная мелкими зубами. И один глаз…
Этот глаз был явно не его.
Он светился голубым светом, вращался внутри металлической оправы.
— Ну ты и страшила, — пробормотал я.
«Вожак» будто услышал меня. Он повернул свою уродливую голову, замер на секунду — а затем взмахнул крыльями, посылая ментальный приказ — и рой обрушился на меня.
