Я взял у него трубку. Она говорила очень сострадательно, и я кратко рассказал ей о своих приключениях той памятной ночи. Она сказала, что очень скоро свяжется со мной, подчеркнув это очень многозначительно, а затем попросила снова поговорить с Хэнсоном.
Я не знаю, что она говорила, но голос Хэнсона был похож на влюбленную молодую собаку. Когда он, наконец, повесил трубку, он сказал: «Знаешь, мы женимся».
Я не знал, что сказать и как-то в этом сомневался. Но я предложил ему ожидаемые поздравления и собрался уходить.
«Спасибо за выпивку, сенатор». Мы обменялись рукопожатием, и он провел меня в холл к прекрасному стеклянному лифту. Он нажал кнопку для меня.
«Если у вас будет свободное время, позвоните мне», — сказал он. 'Спасибо. Но я не думаю, что у меня будет много свободного времени до того, как я приеду в Париж. У меня еще много дел здесь.
Ирония моих слов показалась мне почти смешной.
Пришел сверкающий лифт. Дверь открылась, и я вошел внутрь. Пол лифта был покрыт, чтобы пользователи не могли видеть всю шахту лифта внизу, что могло быть довольно ужасающим. Сенатор остановился в дверях, и я увидел, как он машет рукой, когда лифт начал опускаться.
Каждый этаж здания был выполнен в разной цветовой гамме, что делало путешествие по нему красочным. Мы прошли коридор, выкрашенный в сине-зеленый цвет; другой ярко-оранжевый и ярко-розовый; затем один в металлических цветах, серебре и золоте. Я был почти на уровне желто-белого пола, когда лифт внезапно остановился.
Высоко надо мной, наверху шахты лифта, я услышал ревущий звук. Моей первой мыслью было, что из-за грозы отключилось электричество. Но свет в коридоре даже не погас.
Я попробовал дверь, но она не пошевелилась ни на дюйм. Я все еще находился примерно в восемнадцати дюймах от уровня коридора, который в противном случае автоматически открыл бы двери. Я подошел к панели кнопок. На ней было восемнадцать кнопок для разных этажей и одна кнопка со знаком: дом на крыше. Это означало, что дом на крыше находился на девятнадцатом этаже. Я насчитал три этажа до этого, до которого мы еще не дошли. Это должно быть пятнадцатый этаж. Я нажал красную кнопку с надписью "Тревога", но ничего не произошло. Ни звонка, ничего. Я как раз собирался снова нажать на кнопку , когда коридоры наверху и внизу погрузились в темноту. Свет в лифте был ярче, чем когда-либо.
Я оказался в ловушке.
Игра теперь приобрела совершенно новое измерение. Я был заперт в стеклянной клетке на высоте пятнадцати этажей в шахте лифта, ярко освещенной для всех, кто охотился на меня. Аккуратная круглая дырочка, внезапно появившаяся в стекле в восьми сантиметрах от моего левого уха, наполнил мои мысли жалостью к себе и заменила ее мыслями о возможностях выживания.
Я обернулся на звук легкого взрыва позади меня и увидел, что в хромированной задней стенке лифта образовалась зияющая дыра. Я упал на пол и прижался к обивке, когда еще одна пуля пробила стекло надо мной. Эта попала в то место, где я только что стоял. Я вынул Вильгельмину из кобуры и выстрелил в светильник надо мной.
По крайней мере, сейчас мы оба были в темноте. Звук Вильгельмины напомнил мне, что я не слышал ни звука от обоих выстрелов, пробивших стекло и взорвавших хром. Значит, был еще кто-то, у кого был такой грязный раздутый кейс; этот странный бесформенный пистолет, который стрелял так бесшумно, казался очень популярным в ту ночь.
Этажом ниже открылась дверь в квартиру, и широкая полоса света прорезала темный коридор. Я слегка приподнял голову и огляделся во все стороны. Я увидел чей-то силуэт в свете дверного проема. Фигура, одетая в черное, с черным капюшоном, скрывающим лицо, пробежала мимо лифта и произвела последний выстрел наугад. Я выстрелил в ответ, но у меня было мало надежды, что я попаду в него из-за моего недобного положения.
Звук Вильгельмины смешался с пронзительным звуком бьющегося стекла. Откуда-то донесся душераздирающий крик. Дальше по коридору открылась еще одна дверь, и я увидел появившуюся женщину средних лет, держащую пекинеса у своей тяжелой груди и открывающую рот, чтобы закричать.
К тому времени, когда она закончила это, к ней присоединилось несколько соседей. В коридоре внезапно снова зажегся свет, и я увидел женщину с собакой, указывающую на меня.
Пока она открыла рот, лифт снова тронулся, и я почти добрался до следующего этажа к тому времени, когда я добрался до панели, чтобы нажать кнопку; любая ручка была хороша, пока эта чертова штука останавливалась.
Но лифт спускался. Я прижался к стенке, путешествие вниз казалось бесконечным.
Швейцар в красной форме ждал меня, когда лифт наконец достиг первого этажа. Его лицо приобрело тот же цвет, что и костюм.
'Что случилось? Что здесь происходит? Я слышал стрельбу и крики?
— Это не имеет значения, — сказал я. — Кто-нибудь заходил сюда за последние двадцать секунд?
— Никто.
Я нажал кнопку пятнадцатого этажа.
