– А как же, – уверял он. – Мне они не откажут. Ее деньги таяли, как мороженое, оставленное на солнце, и, чтобы заплатить за банкет, пришлось продать все дорогие подарки, которые дарили ей мужчины. Золотые украшения, роскошные наручные часы, огромный домашний кинотеатр – все пришлось отнести в ломбард, чтобы собрать нужную сумму.
– У меня уже совсем ничего не осталось, – ужасалась она, отдавая директору последние деньги.
– Скоро у тебя будет все, что захочешь, – приободрял он ее.
– Но я даже не смогу поехать на концерт на такси! Я просто на мели.
– Я дам тебе своего водителя, не переживай. Так даже будет лучше – доставим тебя как «звезду», на «мерсе» S-класса. А после этого вечера начнется твоя новая жизнь.
Он выдал ей несколько советов, как себя вести, что говорить, проверил, не забыла ли она, что нужно поблагодарить особо важных гостей со сцены, и, расцеловав, пожелал как можно лучше отдохнуть перед завтрашним событием.
– Я даже ни разу не репетировала в самом особняке. Так не делается, мне нужно попробовать себя на этой площадке, – высказала опасения Лина. – Может, я смогу это сделать днем, перед концертом?
– Днем там будут готовить зал. Успокойся, зачем тебе там репетировать? Залы везде одинаковые, микрофоны – тем более. Придешь и споешь, не выдумывай проблемы на пустом месте.
Лина не решилась спорить. Хотя все это казалось ей странным, тем не менее он был опытным концертным директором, а она – начинающей певицей. Ему было виднее.
Ночь перед концертом она провела в беспокойном, нервном полусне, боясь, что не справится, будет вести себя неподобающим образом, забудет от волнения слова и разочарует гостей. Несколько раз вставала, пила мятный чай, чтобы успокоиться, но будоражащее волнение не отпускало.
Днем готовилась, прихорашивалась, напевая, и, закрывая глаза, уже предвкушала умопомрачительный вечер. За окном лил дождь, стекал ручьями по стеклу, и Лина не находила себе места, удивляясь, как же медленно идет время.
Но вот часы наконец-то пробили пять, а водитель до сих пор не подъехал. Она набрала номер директора, но его телефон был выключен. Лина ругала себя на чем свет стоит, что не взяла номер водителя, и решила спуститься вниз. Быть может, он уже ждет ее у входа?
У подъезда никого не было, и она испугалась, что водитель перепутал адрес или застрял в пробке. Дождь был таким сильным, что вода ручьями лилась по тротуарам, а ветер рвал зонтики из рук прохожих. Лина поежилась от холода и спряталась под козырьком, стараясь не замочить туфли. Прошло полчаса, но водителя не было. Она не на шутку разволновалась. Снова и снова пыталась дозвониться до директора, но его телефон оставался недоступен.
Она запаниковала. На концерт ей пришлось отдать столько денег, что ей не на что было купить себе продукты на ужин или заказать такси. Она в ужасе кинулась домой, схватила зонтик, решив, что с водителем по дороге что-то случилось и ей придется добираться на метро.
В такой дождь зонтик не очень-то спасал, и она быстро вымокла, а в туфлях хлюпала вода. Прическа растрепалась, тушь размазалась, и Лина была на грани нервного срыва. Нырнув в метро, она едва не подвернула ногу, спеша в электричку, и захлопнувшиеся двери прищемили ей платье.
Она в изнеможении оперлась о двери, пытаясь успокоиться и привести в порядок мысли, но отчаяние комом застряло в горле. Ну почему ей так не везет? Где этот проклятый водитель? Как мог не приехать за ней? Она попыталась позвонить, но директор был вне зоны действия сети.
Пассажиры в вагоне с любопытством разглядывали ее платье, такое неуместное для метро, и гадали, как эта вырядившаяся женщина здесь оказалась. Лина посмотрела на свое отражение и, увидев певицу, похожую на Мэрилин Монро, почувствовала себя чуть-чуть увереннее. «Что меня не убивает, делает меня сильнее» – миллионы раз проговоренные слова, но как нельзя лучше подходящие к ее жизни. Она шумно выдохнула, пытаясь унять дрожь. В конце концов, главное – не опоздать на собственный концерт. А вымокшие туфли и чуть подпорченная прическа – такие мелочи, кто их заметит?
На улице между тем уже вовсю грохотал гром, и прохожие с трудом могли обойти огромные лужи, разлившиеся на тротуарах. Лина бросилась к чернявому таксисту, караулившему клиентов у метро. У него была неказистая «семерка», помятая с одного бока.
– Красавица, куда подвезти? – обрадовался он, опустив стекло.
– Мне тут совсем недалеко. Только у меня денег нет.
Он тут же сморщился и потерял к ней интерес.
– Не, милая, без денег – это пешком. Тем более что недалеко, – сказал он и закрыл окно.
Тут порыв ветра вырвал из ее рук зонтик, который, кувыркаясь, понесся по улице, и она тут же вымокла до нитки. Таксист открыл дверь:
– Ладно, черт с тобой. Прыгай в машину. Лина, насквозь промокшая, с сосульками мокрых волос, забралась в салон.
Водитель стрельнул по ней глазами через зеркало:
– Куда едешь-то?
– На концерт, – жалобно ответила Лина. – На свой.
– Серьезно? А ты кто вообще?
– Певица, – вздохнула она.
