9-й день недели (СИ) полностью

- Честно говоря, Гена, я со вчерашнего дня уже ни в чём не уверен. Но только не сейчас. Полунин методичный и точный человек. Вернее, был им. В прошлом профессиональный военный, подполковник внутренних войск. У него, фигурально выражаясь, вся жизнь была заранее распределена по полочкам. Чего стоит бритва. Она в идеальном состоянии. А такие вещи требуют регулярного и скрупулёзного ухода, внимания и обращения. Ну и сам видишь обстановку: вещей немного, но везде чистота и порядок. Такой человек не оплачивать счета может только в одном случае – если отсутствует. Убедил?

- Не совсем. Все вышеприведённые аргументы косвенны.

Марченко в очередной раз сталкивается с его упрямством. Другой бы давно разозлился, но Марченко хорошо знал, что именно эта черта характера заставляет оперативника никогда не отступать.

- Окей, последний аргумент: показания счётчиков в платёжке не меняются все эти пять месяцев. Убедил?

- Ладно, - Гена нехотя согласился, - убедили. А свой конец он тоже планировал. На какой полочке он лежал?

- А ты вспомни его походку, - парировал Марченко, - его движения, жесты. Как он разговаривал. На записи всё видно. Даже свидетели не нужны.

- Это говорит о том, что он смелый. – Подытожил Гена. – Или полный придурок.

- Это, опять-же, лишнее очко в копилку моей теории, Гена. Полунин сжёг себя совершенно сознательно. Звучит странно, но, тем не менее. Свою смерть он планировал.

- Есть ещё вариант, - не сдавался Гена.

В глазах следователя блеснул огонёк.

- Какой же?

- В него вселился бес, - на полном серьёзе изрёк опер.

- Снимай наружку, Гена. – Марченко увидел, что и дактилоскопист, и понятые закончили работу. – Выдвигаемся.

- Надо опросить соседей, Сан Дмитрич.

Следователь замер, затем согласно кивнул головой.

- Да, ты прав. Займись этим, а я съезжу в гости к старому знакомому.

Уже на пороге Марченко развернулся и прошёл на кухню.

- Ген, возьми птицу. – Крикнул он находящемуся в другой комнате оперативному. - Может, кто приютит её.

- Хорошо.

Бумага в поддоне требует замены. Марченко вытащил его и опрокинул в мусорное ведро. И, уже собираясь зарыть дверцу шкафа, обратил внимание на текст с таблицами. В клетке его не было видно, потому что сверху на целых листах набросан слой из мелко порванных. Следователь вытащил ведро обратно и, нахмурившись, смотрел на название. Два слова. Всего два слова. Но возымевшие эффект грома среди ясного неба. Скрывающие под собой слишком глубокое и серьёзное: «Практическая баллистика».

Глава 24

Она уходит. Неторопливо и неизбежно. Просто тает, растворяется в темноте. И не оглядывается. Человек неуверенно поднялся и сделал несколько шагов вперёд, в том направлении, где секунду назад скрылась под покровом ночи девичья фигура в белых одеждах. Неужели она не видит, что нужна мне?

Тело не слушается, сопротивляется. Я должен её догнать! Первый шаг дался тяжело. Он покачнулся и упал на колени. Но тут же поднялся, стиснув зубы и застонав от напряжения. Наученный горьким опытом, второй шаг сделал небольшим, в половину длины первого. И, о чудо, сохранил равновесие. Третий вышел более уверенным.

Незнакомка давно пропала. Трава даже не смялась под её лёгкой упругой поступью. Остался лишь флёр воспоминаний. Такой же призрачный, как и она сама. Но человек упрямо продолжал двигаться вперёд.

- Назови себя!

Порыв ветра растрепал волосы.

- Скажи своё имя. Я видел тебя!

Он остановился, чтобы перевести дыхание и набраться сил.

- Я видел тебя. Ты… ты…

Последние слова прозвучали едва слышным шёпотом, и даже ветер их не услышал. Время уходит. Надо идти, надо её догнать и остановить. Надо. Зачем?

Странный вопрос. Человек задумался, но ненадолго. Вряд ли кто-то знает ответ. Нельзя тратить силы на бесплодные размышления. Энергия нужна для движения. И он зашагал снова. Где я?

Под ногами мягкая земля. Трава, полевые цветы и стрёкот ночных насекомых. Вокруг, насколько позволяет видеть отражённый свет луны и далёких звёзд, расстилается поле. И ни одной живой души. Одиночество в чистом виде.

Время падает бурным потоком, льётся рекой и струится тонким ручейком. Останавливается и задерживает дыхание, твердеет и впадает в вневременье. Тает, оживает и разгоняется. Миллионы, миллиарды раз. Не в силах разорвать пределы бесконечности круга.

Кто я? Впереди медленно растёт серая стена. С каждым шагом ширится, множится в размерах. Гора? Забор? Слишком темно… Горький, густой запах поля наполняется новыми нотами. Новыми запахами и ощущениями. Такими знакомыми и такими… пробуждающими воспоминания. Лес.

Человек шагает медленно, но уверенно. С упоением вдыхает нежное благоухание берёзы и терпкий запах дуба. Почти физически ощущает липкий аромат клёна и щекочущий ноздри букет липы.

И лес поглотил его в своих объятьях. Здесь нет ветра, но есть прохлада. Нет света луны, но есть шорохи листьев и хруст ве…