Если раньше ты возмущалась введенным ограничениям, то теперь по ним скучала. Потому что стало намного хуже. Последние месяцы стали даваться с трудом, хоть ты и старалась держать настрой. Мало тебе было скачущего давления, больных спины и ног, вкупе с вечными немевшими конечностями. Нет, жизнь покинула еще и регулярные ночные кошмары, которые не заглушало ничего.
И если ты еще могла их пережить, успокаиваясь в объятиях любимого, то вот Дин, словно с катушек слетел. Он контролировал все, что с тобой происходило, не отходя больше, чем на пару часов. Пытаясь отгородить тебя от любых проблем и волнений, он будто поместил тебя под купол. Такое внимание не могло не тронуть сердце до самой глубины, проникаясь удушающей заботой и нежностью, но… Порой начинало казаться, что Дин считал тебя беспомощной.
Это было не так, и ты это знала. Просто мозг начинал плавиться, и свободы хотелось настолько, что едва ли не выпиннывала Винчестера из бункера на охоту. Сэм видел, как ты медленно зверела, стоило его брату вновь начать контролировать температуры воды, что ты пила. Так, что он стал твоим верным союзником, который, вообще-то не особо помогал, но мог уговорить оставить тебя на попечение Каса.
Прямо как сейчас.
Ты сидела в библиотеке, закинув ноги на соседний стул. Только так и получалось справиться с подступающей ноющей болью в ногах и спине. Конечно, ты несчадно эксплуатировала своего мужчину, а в его отсутствие и Каса, но мышцы продолжали издеваться. Читая очередной труд хранителей, уже по вымершим монстрам, ты постоянно поправляла домашние трико, которые заменили джинсы. В них, как и большинство, своих вещей ты если и влезала, то с большим трудом.
Ангел, как и наставлял его Дин, не сводил с тебя глаз, тоже что-то читая, а Джек просто жевал яблоко где-то в углу. Тебе нравились такие вечера, когда все было тихо, спокойно и так уютно, что сердце щемило. Еще бы одного упрямого охотника под бок, для полной идиллии, но он бы сразу нашел тысячу изъянов. И сидишь ты под неправильным углом, и подушка-то, подложенная под спину, слишком мягкая, и вообще, слишком легко одета. А в это время, он и вовсе уже отправлял тебя спать, следя за режимом дня. Ты с содроганьем ждала того, что произойдет после родов. Одно радовало, ему тогда придется распределять своё внимание на двоих.
Сладкое тебе больше не давали. Даже Кас. Джека подговорить тоже не получилось, хотя ты еще не потеряла последнюю надежду. Ведь брокколи были все так же отвратительны на вкус…
Страница за страницей, ты и не заметила, как провалилась в сон, склонившись над книгой. Всего на мгновение, но его уже хватило, чтобы катастрофа нагрянула в лице Дина Винчестера. Ты промаргалась, подняв голову, и наткнулась на строгий взгляд зеленых глаз.
«Ой, щас начнется…» И ты не ошиблась.
— Т\И! — он подлетел к тебе так быстро, что тебя немного затошнило, подтягивая тебя на стуле чуть выше, — прекращай так сидеть. И почему ты не в постели?
Позади затормозил Сэм, виновато пожимая плечами. Обещал ведь позвонить, когда они будут возвращаться! Ты, прищурившись, пообещала ему взглядом, все, что с ним сделаешь. Но когда рядом не будет Дина, а то тот прикончит их обоих за диверсии. А их было много…
— Потому, что я еще не собиралась спать, — заявила ты, скрещивая руки на животе.
— Очень заметно, — Дин облокотился бедром о стол, тоже скрещивая руки на груди, а ты старалась игнорировать желание облизнуться на перекатившиеся мышцы, и напряженные скулы, против которых, ты вообще-то никогда не могла устоять, — ты еще опять читаешь это, хотя волноваться тебе нельзя.
Может это были гормоны, а может и ты сама, уставшая терпеть отношение к тебе, словно именно ты была младенцем. Подавшись вперед, ты уперлась рукой в стол, непременно бросившись бы на мужчину, не будь в тебе еще десяти килограмм. Сэм незаметно увел Каса и Джека, которые не сопротивлялись, заранее зная, что сейчас им лучше быть подальше.
— Повторяю, — ты едва ли не шипела, — я беременна, а не тяжело больна. Я тебя люблю, но способна и сама решить, когда и что мне делать.
Дин наклонился к тебе, грозно смотря сверху вниз. Глаза в глаза, и сердце екнуло, прося уже закончить все это безобразие и поцеловать такие манящие губы. Но ты была бы не ты, не попытайся ты держаться до последнего. Нужно просто думать о чем-то кроме, того, что в его объятьях так хорошо, а тело под рубашкой было восхитительным. Вспомнился ваш последний раз, который был вообще-то давненько. Низ живота опалило желанием, а рот наполнился слюной.
Н-да. Это точно гормоны. Ты ведь была зла. Очень зла.
