Я почувствовал, как что-то внутри рвётся. Проклятье, да ведь он даже не мой настоящий отец!!! Отчего же так горько?..
— Отец…
— Не звони больше. Ты… Ты мне больше не сын.
Тишина.
Затем — гудки.
Я сидел, уставившись в экран. На нём всё ещё светилось: «Вызов завершён».
Илона отошла от пилота и осторожно коснулась моего плеча.
— Марк…
Я провёл рукой по лицу.
— Чёртовы идиоты! — зарычал, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони, — Они сами подписывают себе приговор!
Но сделать ничего было уже нельзя… Возвращаться — глупо. Те, кто меня подставил, имеют очень большие возможности, и сделают всё, чтобы добраться до меня.
А родители и братья… Они ведь и правда ничего не знали… Надо просто попросить Салтыкова присмотреть за ними. Хотя… Полагаю, и у него из-за меня проблем будет выше крыши…
Кто же мог так меня невзлюбить? Распутин мёртв, но… Неужели это те, кто стоял за ним? Тени в масках демонов?
— Марк, а как же Аня и Маша? Арс? — внезапно сказала Илона.
Я поднял на неё глаза.
«Кровавый пакт»…
Запрещённый ритуал. Связь через кровь. Невидимая для сканеров, менталистов и других магов — да я ещё и поставил на ребят Эфирные блоки, благо времени было предостаточно, но…
Подстраховаться было всё же нужно.
Я снова разблокировал смартфон пилота и, вспомнив номера Ани и Маши, отправил им одинаковое сообщение:
— Всё, что говорят обо мне — ложь. Я докажу это.
Отправил.
Затем вытащил симку, сломал её — а смартфон раздавил ботинком.
Ну всё… Теперь остаётся только одно — стать призраком.
Когда шасси АВИ коснулись земли, над Гданьским заливом сгущались сумерки. Двигатели, измученные долгим перелётом, с хрипом затихли. Я распахнул дверь, и в салон ворвался резкий ветер с примесью морской соли и прелой хвои.
Место для посадки я выбрал глухое и, убедившись, что вокруг пусто и к нам никто не торопится, вернулся в салон. Вытащил пилота из кресла управления, усадил его в кресло салона и связал по рукам и ногам.
Глаза бедолаги бегали от меня к Илоне и обратно — он был сильно напуган, и явно думал, что мы его сейчас прикончим. Но я не собирался этого делать — отыскал в багажном отсеке коробку с инструментами, вытащил оттуда небольшой нож и кинул его в противоположном конце салона.
— А теперь слушай внимательно, тёзка, — склонился я над ним, — Если постараешься, через пару-тройку часов сможешь освободиться. Не советую особо торопиться, нам надо убраться подальше, так что… Ну ты понял.
— П-понял…
— Рацию я сломал, — я указал на раздолбаную панель управления, — телефон твой тоже. Но если тебе всё же придёт в голову исполнить гражданский долг и с кем-нибудь связаться…
— Я б-буду м-молчать!
— Не надо, — усмехнулся я, — Инквизиция из тебя всё равно вытянет все жилы. Расскажи, как всё было, не нужно врать. Просто… Чуть повремени. Я буду тебе очень признателен, — я сорвал с груди парня бейджик с личными данными и убрал во внутренний карман куртки, — А когда всё уляжется, и наш любимый Император поймёт, что меня подставили, и я ни в чём не виноват — я вернусь в Россию и отблагодарю тебя за помощь. Договор?
Парень ошалело заморгал, не веря моим словам.
— Д-договор…
— Ну и молодец.
В следующий миг я несильно ударил пилота по затылку рукоятью пистолета, и он отрубился.
— На всякий случай, — ответил я, поймав взгляд Илоны, — Небольшая фора нам не помешает.
— Ты не стал стирать ему память?
— Это было бы лишнее подтверждение того, что я пожиратель, — я пожал плечами, — А мне ещё хочется вернуться. Незачем оставлять улики.
— Знаешь, меня иногда даже заводит твоя… Предусмотрительность.
Я фыркнул, и мы покинули АВИ.
Песок хрустел под ботинками, пока мы шли вдоль берега. Волны накатывали на камни, облизывая их, как хищники, пробующие добычу на вкус.
— Что теперь? — спросила Илона.
— Километрах в трёх отсюда расположен посёлок Янтарный. Там есть транспорт.
— И куда мы потом? — рыжая остановилась, заставив меня обернуться, — Марк, не пойми меня неправильно, я тебе полностью доверяю, но… У нас нет денег, нет документов, нет связи…
— Есть я, — перебил я девушку, — И есть ты. И этого пока хватит. Но если серьёзно — в Янтарном всё найдётся. Поверь.
Она сжала губы.
— Ладно.
Мы зашагали дальше, но Илона снова не выдержала напряжённого молчания:
— Ты знаешь, кто это сделал? Кто раскрыл тебя?
Я посмотрел на море.
— Догадки есть.
— Ты говорил, что единственными твоими врагами были Распутин и мятежники. Ни тех ни других не осталось.
— Ну, предположим, среди мятежников могли найтись крысы, законопатившиеся в нору. Но ты права, им явно не до меня сейчас.
— Тогда кто?
— Думаю, это те, кто стоял за Распутиным. Я рассказывал тебе. Тени в масках демонов.
Она медленно кивнула.
— Им это зачем?
— Да хрен их знает… Чтобы убрать меня с дороги. Чтобы отомстить за своего ставленника. Чтобы выманить меня из страны. Вариантов много, но… Предлагаю пока сосредоточиться на важном. Нужно покинуть пределы Империи.
Тени ночи обволокли нас, словно дым, когда мы ступили на вымощенные брусчаткой улочки Янтарного.
